Мокруха.exe стр. 132
он замечал бопперов. Гнездо стало городом призраков; все его обитатели превратились в неподвижные статуи. Мерц-покров у многих бопперов, чьи батареи истощились окончательно, был темным и обвисшим. У тех же бопперов, в ком сок еще оставался, мерц-покровы пульсировали пятнами и асимметричными разводами. Обладая, по-видимому, высокой светочувствительностью, эти мерц-покровы переговаривались между собой или, может быть, просто посылали друг другу сигналы. Встречая такие покровы, Плащ разражался особой последовательностью стробоскопических вспышек и груза у Стэна прибавлялось.
В конце концов они добрались до светового круга, оказавшегося ровным широким пятачком около пятидесяти футов в диаметре в самом центре города. Внутри круга застыло несколько дюжин парализованных бопперов, под ногами которых извивалось десятка два-три мерц-покровов, сумевших доползти сюда самостоятельно. Бросившие своих погибших хозяев мерц-покровы были похожи на больших ярко окрашенных слизняков.
Когда, остановившись на краю площадки, Стэн скинул с плеча на свет свою ношу, несколько уже насытившихся мерц-покровов торопливо подползли ближе «поговорить». Решив отдохнуть, Стэн растянулся на солнце, дав возможность своему Плащу вдоволь подпитаться светом. Удобно подстелившись под Стэна, благодарный Плащ в ответ качал ему внутрь сколько нужно свежего воздуха. Простодушные микродатчики Плаща просто излучали из себя довольство.
Постепенно Стэн уснул, и ему приснился сон.
Он увидел себя стоящим перед крутым обрывом на красном высокогорном плато, возможно, дело происходило на Марсе. Полной грудью он вдыхал чистый бодрящий горный воздух. Солнце, стоящее высоко в небе, было маленьким и горячим. За спиной у него были крылья, могучие крылья из имиполекса. Он был здесь не один; рядом с ним стояло еще несколько людей, все как один в имиполексовых Плащах Счастья и, так же как и он, с огромными крыльями за спиной, на которых так удобно было парить в поднебесье. Вэнди тоже была здесь, и Уайти, и Дарла.
– Эй, Стэн! – закричали они ему радостными звенящими весельем голосами. – Что стоишь? Давай полетим!
Без страха сорвавшись с места, они вместе побежали вперед и, кинувшись
вниз с крутого обрыва, расправили крылья и принялись описывать широкие свободные круги над раскинувшимся внизу огромным прекрасным городом.
Потом картина его сна мгновенно и круто изменилась, и он оказался на Земле, где-то в океанских глубинах, по-прежнему облаченный в знакомый имиполексовый костюм, на этот раз чуть раздутый и во всем повторяющий очертания дельфина. Рядом с ним скользил другой дельфин – это была Вэнди, она весело жестикулировала, пытаясь объяснить ему что-то. Внезапно перед ними появился густой косяк кальмаров, и с ходу врезавшись в него, они принялись со смехом отгонять от себя руками головоногих.
Он был пылинкой в открытом космосе и с мудрым пониманием взирал на мириады звездных россыпей.
Он медленно плыл в густой непрозрачной метановой атмосфере Юпитера, устремив все свои чувства вниз, стараясь различить могучее пение Великого Единственного.
Просыпайся, Стэн. Мы можем возвращаться. Мы, заберем Вэнди и Дарлу и отведем их в Эйнштейн.
Стэн открыл глаза, поднялся и сел. Какой чудесный, волшебный сон. Елена не позволяла ему видеть сны, и, засыпая, каждый раз в течение прошедшего месяца он проваливался в черную непроглядную тьму.
Плащ Счастья набрался сил и приободрился; при каждом движении Стэна словно подталкивала пружина. Он вскочил на ноги и потянулся. Мягкие тела лимпсофтов помигали ему снизу, желая удачи. Два мерц-покрова