Молчание солдат стр. 174
Грузии. Без официального прикрытия... И последнее. Уничтожить воспитанника Имамова, молодого человека по имени Аббас Абдутабаров, и обязательно захватить дневники этого мальчика, который ежедневно фиксирует все передвижения отряда Имамова... Уничтожение Имамова допускается только в том случае, если предварительно будут захвачены документы Раундайка и дневники мальчишки. Должно быть, именно в них видится основная цель операции...
Басаргин продолжает свою традиционную прогулку по кабинету.
– И что вас, товарищ полковник, смущает в этой ситуации? Отсутствие авиационной поддержки? Это вполне можно отнести к малограмотности генералов, судя по всему, не армейцев, следовательно, плохо владеющих тактическим мастерством. В остальном, мне кажется, это обычная операция.
Мочилов тоже встает.
– Вы верно заметили. Вот именно это меня и смущает. Это обычная операция... То есть операция, которую просчитывать и проводить должны армейские штабисты. Они прекрасно знают обстановку, владеют необходимой информацией и имеют значительный опыт. Им и карты в руки... Но в этом случае колоду взяли в свои руки люди, не имеющие к подобным операциям отношения, малограмотные, как вы правильно заметили, армейцы. Просто так московские генералы неизвестных ведомств не приезжают туда. Следовательно, у них имеются свои интересы. Иначе говоря, они «передергивают карты»...
– Бумаги Пола Маккинроя, или, как его теперь называют, Клааса Раундайка, – басит Доктор. – Вот и цель. Все остальное – попутное задание...
– Наши парни десятки раз получали подобные задания без всяких засекреченных помощников из Москвы, – не соглашается Мочилов. – Это обычное дело. И, как правило, справлялись. Отсюда напрашивается вывод. Нам не говорят, какую цель преследуют эти странные генералы. И с какой целью добавили к трем офицерам группы Согрина пять лейтенантов...
– Я понял вас, – в такт шагам кивает Басаргин. – Но чего вы хотите от нас? Чтобы мы включились в добывание данных на этих генералов? Я не думаю, что это входит в обязанности антитеррористического подразделения Интерпола. Нас за такие действия не погладят по головке ни в Москве, ни в Лионе.
Более того...
Мочилов отрицательно мотает головой, прерывая Александра:
– Пока я хотел бы только одного. Полковник Согрин получил для связи с генералом Стригуном трубку спутниковой связи. И через меня обращается к вам с просьбой... Вы можете определить, прослушивается ли трубка?
– Нам буквально на днях дали код доступа для контроля спутникового прослушивания, – говорит Доктор Смерть. – На случай крайней необходимости. Обычно контроль осуществляется с центрального компьютера Интерпола. В принципе, я думаю, что мы можем оказать такую услугу, если командир не будет против.
– Я не против, – соглашается Басаргин, но голос его говорит о том, что он не очень радуется такой перспективе сотрудничества. – Называйте номер...
Полковник по памяти диктует номер, Доктор вводит его в компьютер и сразу же дает ответ.
– Кроме нас постоянное подключение... Я отключаюсь сразу, пока нас не заметили. У них тоже может быть задействована система контроля.
– Значит, – Мочилов словно бы доказательства нашел и потому принимает стойку охотничьей собаки, даже руку поднимает, как собака лапу. – Согрин на контроле... Что это значит? Зачем нужен такой контроль? Боятся, что он узнает лишнее и начнет болтать?
Телефонный звонок не дает завершить разговор.
– Это Пулат, – сообщает Доктор и включает спикерфон. – Слушаю вас, уважаемый товарищ капитан!
– Доктор, Ангел с Сохатым на месте