Молния в рукаве стр. 107
не чувствовал боли в месте рассечения скулы. Не соображал, что в голову ему упирался не палец, которым в носу ковыряют, а ствол пистолета.
Правда, он два с половиной часа назад из этого пистолета собственноручно обойму вытащил. Но определить, то ли самое оружие у меня в руках или другое, Пирогов не мог. При этом он на уровне подсознания помнил, как какая-то мелкая, судя по свету фар, машина настойчиво пыталась столкнуться на дороге с его «Мерседесом». После чрезмерного нервного напряжения преступник не мог осознать, состоялась авария или нет, жив он или помер, ангелы или черти пляшут вокруг машины.
Я тоже не торопился объяснять ему суть дела. Это и без меня кто-нибудь сделает. Сейчас сюда подскочит целая куча всяческого высокого начальства. Ждать осталось недолго.
Машины полиции быстро приближались. Их мигалки уже виднелись вдали, сирены истошно надрывались.
Но первыми к месту столкновения прибыли не менты из группы преследования. Вообще-то они называются группой захвата, но взять преступника на месте не сумели, дали ему возможность умчаться от себя и превратились в группу преследования. Иначе назвать их мне не позволяла моя офицерская честность. Короче говоря, на место столкновения машин первыми прибыли те, кто в таких случаях и должен так поступать, – патрульные машины ДПС. Причем сразу две.
Естественно,
я понимал, что эти машины были высланы навстречу «Мерседесу». Нет, вовсе не для его охраны, а чтобы блокировать преступника и остановить. Возможно, таким же манером, как это сделал я.
Хотя я не вполне был уверен в том, что инспекторы дорожно-патрульной службы умеют выполнять этот классический маневр. Для устройства такой вот аварии нужна специальная тренировка, знание теории, но в первую очередь хладнокровие, прямо как у настоящего змея.
Гаишники выскочили из своих машин парами с автоматами наперевес. Не понимают, что ли, что стволами махать уже поздно и стрелять сейчас не в кого? Даже показывать автомат, когда к голове преступника пистолет приставлен, нет никакой необходимости. Но с оружием они, как и все нормальные люди, чувствовали себя увереннее, мужественнее.
Наверное, они помнили гибель своих товарищей, таких же ментов, расстрелянных этим подонком. Стволы автоматов смотрели на водителя «Мерседеса» с нервным пугающим подрагиванием. Менты вообще народ мстительный.
Тут подкатили и патрульные машины. Сразу четыре «УАЗа» и «Газель». Я от греха подальше убрал пистолет в поясную кобуру.
Из первой машины вышел прокурор города. Из второй выпрыгнула капитан Саня. На сей раз ей не пришлось копаться в сумке, отыскивая свой пистолет. Он был у нее в руке. Наверное, она нашла его в машине. Дорога долгая, можно успеть.
Гаишники воспользовались тем, что подушки безопасности уже почти полностью спустились, повисли тряпками, и вытащили водителя из «Мерседеса». Достаточно высокий, стройный, внешне ухоженный парень весь в черном – джинсовый костюм, рубашка, бандана. Когда мы с ним виделись в последний раз, он был одет не так. Видимо, не постеснялся переодеться дома, когда я там на полу валялся как труп.
Полицейские обращались с ним довольно бесцеремонно – руки на крышу машины, ноги пинком шире плеч, чтобы трудно было оказать сопротивление. От него этого ждали.
Я был бы очень рад, если бы он начал выделываться. Тогда я законно сломал бы ему челюсть своей коленной чашечкой, изготовленной