Библиотека

Монах и дочь палача стр. 38

Размер шрифта
-
+
Тема

бочка с пивом, и вокруг нее толпились нетрезвые жаждущие. Мне показалось, что и внутри дома было немало пьянствующих, по крайней мере, в окнах дома я заметил немало мужчин с изрядными кружками в руках.

Входя, я столкнулся со слугами: они несли подносы, уставленные блюдами из рыбы и дичи. Я спросил одного из них, как мне увидеть Его Преосвященство. Он ответил, что святой отец спустится сразу после трапезы. Я поблагодарил его и направился в зал. На стенах зала висело множество картин. На них большей частью были изображены огромные рыбины, прежде выловленные в озере. Под каждой картиной — вес чудища и дата улова, а также и имя ловца. Все это начертано большими приметными буквами. Увиденное меня смутило: я не мог понять, для чего эти картины, надписи и имена под ними — наверное, для того, чтобы все добрые христиане помолились за этих обуянных гордыней людей?

Более часа длилась трапеза, затем Его Преосвященство спустился в зал. Я выступил вперед и смиренно, как и подобает моему званию, приветствовал его. Он кивнул, пронзив меня взглядом, и велел мне следовать в его покои.

— Что скажешь, Амброзий? Успокоилась ли теперь твоя мятежная душа? — спросил он сурово. — Снизошла ли на тебя Божья благодать? Выдержал ли ты испытание?

Я стоял потупившись, опустив голову и отвечал смиренно:

— Ваше Преосвященство, Господь во благости своей даровал мне знание…

— Знание чего? — перебил меня настоятель. — Своей вины?

Я подтвердил это.

— Слава Богу! — воскликнул святой отец. — Я знал, что испытания закалят твою душу и вернут ее на путь истинный. У меня есть для тебя хорошие вести. Я написал о тебе Его Преосвященству архиепископу Зальцбурга. Он призывает тебя в свой дворец. Там ты примешь постриг, и он дарует тебе сан священника. Ты останешься в Зальцбурге. Приготовься. Через три дня ты отправишься в путь.

Произнеся эти слова, Его Преосвященство снова пристально посмотрел мне в глаза, словно стараясь проникнуть в самое мое сердце, но я выдержал взгляд и не позволил ему сделать это. Я испросил его благословения, преклонил колени и покинул его. Так вот, значит, почему я очутился здесь! Я должен уйти навсегда. Я должен отринуть самый смысл своей жизни — отказаться от Бенедикты, от защиты ее и заботы о ней, от спасения ее души! Да поможет Господь ей и мне!

XXXII

Вновь я в своем горном приюте, но уже завтра покину его навсегда. Так отчего же печаль угнездилась во мне? Разве не великая благость ожидает меня? Или это был не я, глядевший в будущее с надеждой и верой в

то, что великий момент настанет и освятит невыразимой радостью все грядущие дни мои? Разве не этого я так страстно желал в своих заветных мечтах? Но теперь, когда до исполнения их один шаг, я удручен сверх меры.

Но как, ответьте, я смогу приблизиться к алтарю Господа нашего с ложью на устах? И если я заставлю себя принять святое благословение на сан, то кто я иной, если не бессовестный обманщик? И тогда постигнет меня страшная кара — не елей, а огонь падет мне на чело и прожжет череп до самого мозга, и навеки буду я проклят.

Я мог бы пасть на колени

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.