Московские каникулы стр. 53
рукой, и доллары неуловимо исчезли. Вроде их и не было никогда. Вообще-то они уже спокойно лежали под белой нарукавной крагой. Может, краги для этого и предназначены?
– Больше не нарушайте! – строго посоветовал инспектор.
– Никогда! – клятвенно пообещал Гриша и помчался к аэродрому на максимальной скорости, которую можно было выжать из его передвижного устройства.
Лучана, естественно, уже находилась на аэродроме, она шла через «виповский» зал, предназначенный исключительно для Особо Важных Персон, она шла и оглядывалась в надежде на чудо, в надежде, что Гриша сейчас вот появится здесь…
Министр, он шел рядом с Лучаной, только усмехнулся:
– Если он и появится, твой московский любовник, то в этот зал его все равно не пустят!
Глаза Лучаны вспыхнули венецианским гневом:
– Его всюду пустят! Это с ним я танцевала тогда, на приеме…
Министр, синьор Каппаттини, был лукав, как все политики:
– Жаль, что я его не рассмотрел!
По этой реплике стало ясно, что он его рассмотрел очень даже хорошо.
Любовник Гриша уже подъехал к аэровокзалу. Он поставил машину на первое попавшееся место и, схватив сумку с живым грузом, заспешил ко входу. Кто-то на него оглянулся. Гриша понял, что оплошал, что сейчас он ведь женщина, сменил походку и, покачиваясь на Дусиных каблуках, засеменил, как и положено женщине.
На втором этаже, в зале вылета, народу было – больше чем требовалось. Гриша быстро заполнил таможенную декларацию, разумеется написав в ней имя и фамилию Лучаны, как услышал объявление диктора:
– Заканчивается регистрация пассажиров, вылетающих рейсом «Алиталия» по маршруту Москва – Рим!
Гриша, стиснув зубы, рванул к таможенникам. Он пробивался сквозь толпу, крича писклявым голосом и с иностранным акцентом:
– Пропустите меня, мой самолет вылетает! Пожалуйста!
Он работал как голосом, так и локтями. Он прорвался к таможеннику, он предъявил декларацию, он догадывался, что здесь надо вести себя спокойно, иначе таможенник заподозрит неладное и обнаружит Сюрприза. А так Гриша держал сумку с собакой в руке и вроде бы равнодушно ждал.
– Закончена регистрация пассажиров, вылетающих рейсом «Алиталия» по маршруту Москва – Рим…
Таможенник пожалел Гришу, он шлепнул печать на декларацию:
– Бегите, синьора, может, еще успеете!
Гриша помчался регистрироваться.
– Что ж вы так поздно! – сказала строгая дама. – Еще бы минута… – И выдала Грише талон с номером места.
Теперь предстояло самое страшное. Паспортный контроль. Гриша и здесь рванул без очереди.
Милая девушка взяла у Гриши паспорт, открыла на той странице, где была наклеена фотография Лучаны, и вперила взгляд в Гришу. Платок, сползавший с головы, прикрывал только лоб. Сходства между Лучаной и Гришей не было, конечно, ни малейшего. Сердце у Гриши остановилось. Он стоял на паспортном контроле с остановившимся сердцем, а милая девушка смотрела на него не моргая. Грише показалось, что он умер…
Лучана Фарини уже поднималась по трапу в салон первого класса, она поднималась по трапу и оглядывалась, как прежде в «виповском» зале.
Министр поддерживал ее под локоть:
– Ты свалишься!
– Ну и пусть! – огрызнулась Лучана и вошла в самолет.
Ее место оказалось у прохода.
– Хочешь у окна? – предложил Министр по имени Маурицио.
– Оставь меня, мне все равно! Ты знаешь, я, пожалуй, не полечу в Рим,