Московские тени стр. 181
подумалось. – Вот женятся, и она покажет. И ему, и Дарье с Игорем. Откуда она вообще? Откуда-то с периферии… Такие умеют подминать».
Юрьев мотнул головой, отгоняя эту мысль. Неприятную мысль… У него вообще частенько стала возникать антипатия к девушкам. В каждой виделась хищница, во взгляде читалось стремление захватить мужчину получше, побогаче, сесть ему на шею, тянуть деньги, постоянно теребить, чтоб проявлял внимание, говорил о ее красоте, а взамен выплескивать свою отрицательную энергию.
В молодости Юрьев мощно ловеласничал; большими успехами похвастаться не мог, но женщин очень любил, от понравившейся, но недоступной отказывался неохотно. И в первые годы семейной жизни это приводило к частым ссорам с женой, завязывались такие узлы, что другая бы, более эмоциональная, наверняка бы с ним развелась. И причиной увлечений и проблем Юрьева были девушки восемнадцати – двадцати лет. Заманивали, обволакивали свежестью, страстностью, а потом старались сожрать. Если не очнуться вовремя, не отскочить – вся жизнь к чертям…
Сегодня из-за этой Милы чуть поездка не сорвалась – когда оделись, столпились в прихожей, она уловила, что от Юрьева попахивает вином. Всех всполошила, почти что истерику устроила, что вот ее, принцессу такую, повезет пьяный. Еле-еле удалось Юрьеву отшутиться, соврать пришлось, что это со вчерашнего. Вроде поверили.
Надо как-нибудь момент выбрать, поговорить с Андреем, чтоб головы не терял, а подумал, взвесил. Ведь жизнь запороть – это проще простого.
Заметил вывеску «Продукты» и вспомнил про масло. Затормозил, остановился.
– Сейчас, пять минут.
Магазинчик был маленький, круглосуточный. В таких днем почти нет покупателей, зато по ночам то и дело забегают – кто за пивком, кто за сигаретами, кто за хлебом…
– Бутылку растительного масла, – бросил Юрьев на прилавок сто рублей.
Продавщица выбила чек, насчитала сдачу и подала масло. Уже выходя, Юрьев увидел, что этикетка какая-то странная – вместо подсолнухов были нарисованы желтые зернышки.
– А что это? – вернулся к прилавку.
– Что? – Продавщица была молодая, симпатичная, истомившаяся от скуки.
– Что за масло? – И Юрьев прочитал: – «Рапсовое». Что это?
– Рапсовое масло.
– Никогда не слышал…
– Вы попросили растительное, я дала.
– Мне надо сли… То есть, это, подсолнечное. – Юрьев стал злиться – «На каждом шагу проблемы». – Обычное подсолнечное масло!
– Так бы и сказали. – Продавщица стояла и не делала движений поменять бутылку, смотрела на Юрьева устало и с вызовом.
– Дайте мне подсолнечное масло.
– Его нет.
– Как это нет?
– Так.
– А какое есть?
– Рапсовое и оливковое.
– Да что ж это такое?! – Юрьеву хотелось швырнуть бутылкой в симпатичное лицо, и одновременно вспыхнуло желание перескочить через прилавок, сдернуть с продавщицы халатик… – Вы издеваетесь?
– Слушайте, пойдите в другой магазин и купите свое подсолнечное. У меня только такое.
– А на нем жарить можно? – не то чтобы смягчился Юрьев, но понял, что этот спор может продолжаться долго – продавщице как развлечение.
Она пожала плечами:
– Наверно. Люди берут. – И тоже заговорила по-человечески. – С подсолнечным перебои. Неурожай, говорят. Цена подскочила.
– Да?.. Ладно… Дурдом какой-то.
– Ну всё, всё, садимся! Сил уже нет никаких… Настя, Полина! – Заглянул в соседнюю комнату, где дочь и племянница, почти одногодки, вместе сидели в уголке, листая тетрадку. – Пойдемте за стол!
Расселись.
– Так, наливайте кому что, – руководил Юрьев, – красное, белое, сок. Водку, – обратился к Игорю, любителю крепких напитков, –