Мост Ватерлоо стр. 108
люка.
— Что значит — проскочил? — заорал полковник. — Промазали, что ли?
— Не успели, — сказал танкист. — Минутой бы раньше.
— У-у! — взвыл полковник. — Ну, я не я буду!..
Он еще орал и матерился, а Брунгильда уже тащила Петера за рукав, объясняя на бегу, что сейчас они нагрянут на комендантский взвод и вытрясут душу из конвойных…
Ничего они не вытрясли. Лейтенант, командир взвода, стоял перед взбешенным подполковником навытяжку, бледный, как сама смерть, и твердил одно: арестованный был доставлен в штаб, дальнейших распоряжений не поступало.
— Он его что — с собой увез? — кричала Брунгильда.
— Ничего не понимаю, — повторял, как заведенный, Петер. — Ничего не понимаю…
В их собственном блиндаже было пусто, и даже больной Армант отсутствовал. Как вихрь будто прошелся по помещению, все было содрано, сброшено на пол, сдвинуто со своих мест, кто-то торопливо и грубо искал что-то в вещах, в рюкзаках, в одежде.
— И этого нет, — сказала Брунгильда и вдруг опустилась на пол. — Боже мой, — всхлипнула она, — боже мой, что я наделала… он же не виноват, что так похож… господи, прости меня, я не хотела!..
— Брун, — Петер попытался ее поднять, — Брун, не время, надо искать…
— Мы его не найдем, — вдруг совершенно спокойно сказала Брунгильда. — Его больше никто не найдет. Уже никто не знает, где он. Мы опоздали, он исчез из мира..
— Так не бывает, — сказал Петер. — Не бывает, чтобы исчез совсем — так сразу.
— Здесь все бывает, — сказала Брунгильда. — Его уже нет — я чувствую.
В дверях завозились, и в блиндаж задом впятился огромный сапер, волоча кого-то под мышки — это был Армант. Его положили на копку, сапер деликатно отошел в сторонку, Брунгильда дала Арманту глотнуть шнапса, и тот открыл глаза.
— А… вы… — Армант вздохнул. — Ну вот и все… финиш.
— Кровь у него горлом шла, — сказал сапер.
— Петер, — зашептал Армант, — слушай меня. Христиана — это не я. Верь мне — не я. Они его пауком напугали и потом все время паука перед ним держали, он их боится страшно, но я тут ни при чем, клянусь… матерью своей клянусь — я ни при чем, я не знаю, как они узнали…
— Где Христиан? — спросила Брунгильда.
— Не знаю, — сказал Армант. — Кажется, убили. Или улетел. Не видел.
— Как — улетел? — спросил Петер, готовый поверить во все.
— Не знаю. — Голос Арманта был совсем слабый, прерывающийся. — Так говорят… я не видел — так говорят — улетел… или убили. Не знаю. Видел, как его уводили…
— Из штаба?
— Из павильона.
— О, ч-черт! — простонал Петер. — Павильон! Как я забыл? А ты снимал? Что ты
снимал? Ну?
— Советник показывал Христиану, как великие гиперборейские атланты держат мост на своих плечах…
— Что?!
— Трех голых саперов поставили напротив камеры, а мост — простым наложением… вот его — за Слолиша… — Армант показал рукой на сапера.
— Ты видел Шанура? — спросил Петер сапера.
— Это чернявенький такой? — спросил сапер. — А как же, видел. Только, наверное, прислонили его. Потому как сняли и тут же увели.
— Я побегу, проверю, — сказала Брунгильда. С автоматом в руках она метнулась из блиндажа, и Петер больше никогда в жизни не видел ее.
— Ты представляешь, Петер, — великие гиперборейские атланты… Гангус, Слолиш… и младшенький их — Ивурчорр… — говорил Армант странным