Может каждый стр. 18
рано ещё. Ладно, отключаюсь пока что. К вокзалу подъезжаем».
Серый вышел, напился кофе в привокзальном кафе и сел на автобус. Спинка у сиденья была низкая, автобус немилосердно трясло, но несмотря на это и на выпитый кофе, он всё равно уснул, едва прикоснулся виском к стеклу. На конечной остановке его разбудила соседка. Слегка очумевший, он вывалился на площадь автовокзала и стал оглядываться. К его родному городу отсюда отправлялся другой автобус, но ходил он с интервалом в шесть часов. Серый не собирался ждать. Здесь обычно таксовало несколько человек…
На краю площади он заметил знакомый белый Жигуль и не поверил глазам.
– Дядя Коля! – Серый замахал руками.
Тот вышел из-за своей машины и уставился на него, не узнавая. Нахмурился. Серый припустил бегом.
– Дядя Коля, это я, Юрка! Юрка Серых!
Дядя Коля разинул рот.
– Ах ты ж… Да Боже ж ты мой…
Серый крепко пожал протянутую руку, а потом дядя Коля от души его обнял.
– Дай посмотрю на тебя, – сказал он. – Ах ты ж! Ведь уезжал пацанёнок совсем, а вернулся-то – мужик! Небось невеста есть?
– Невесты нету пока. А ты как? Всё таксуешь?
– Чего же мне не таксовать? Машина на ходу, и сам я, как видишь, на ходу тоже, – дядя Коля засмеялся.
Когда-то очень давно дядя Коля ухаживал за матерью Серого. Та предпочла другого, но дядя Коля не обиделся. Они дружили семьями. Потом, когда отец Серого умер, дядя Коля наведывался в гости и помогал с мужской работой по дому. Семь лет назад Серого, уезжавшего поступать в институт, он отвёз до вокзала.
Он стал совсем седым, но держался по-прежнему бодро.
– Поехали?
Улыбаясь до ушей, Серый плюхнулся на сиденье.
– А ты в отличной форме, дядь Коль.
– Я курить бросил, – отозвался тот с гордостью, – и бегаю по утрам. Трусцой. А то! Мы не молодеем.
Жигулёнок круто развернулся и вырулил на дорогу.
– Вишь, – похвастался дядя Коля, – асфальт переложили. Сейчас как рванём!
Рванули. Солнце било в глаза, дядя Коля опустил козырёк.
– Как мама себя чувствует? – тихо спросил Серый спустя несколько минут.
Дядя Коля посмурнел.
– Давление у неё, – пробурчал он. – Людка, медсестра, два раза прибегала, укол делала. Хорошая девка, добрая…
Серый собрался уже спросить про Машку и про то, куда она повадилась носить деньги, но почему-то не смог и спросил вместо этого:
– А Егор как?
Егором звали сына дяди Коли. Он был на год моложе Серого. Друзьями у них стать не вышло, и после того, как Серый уехал, они не общались.
– Егор по контракту служит. Нормально всё.
Какое-то время Серый молчал. Потом сказал:
– Дядь Коль, ты вроде сам не свой. Что-то у тебя на языке вертится. Поделись, а?
Старик усмехнулся. Не отводя взгляда от дороги, он ответил:
– Да ведь и ты о чём-то отмалчиваешься, Юрка. Ну-ка, давай первый. Как младший.
Серый глубоко вздохнул.
– Ты что-нибудь знаешь про Машку?
– Я сразу подумал – ты с этим уродом разбираться приехал.
Серый поперхнулся.
– Слава Богу, у Галины такой сын вырос, – ровно продолжал дядя Коля. – Я сам хотел пойти, да старый я уже. Но ты меня с собой возьми! На подхвате пригожусь.