Мудрость старых мастеров стр. 45
что пошутили… Надо перепроверить. Значит, придётся разбудить Уэнди. Олег торопливо, пока не вернулся оператор, набрал домашний номер подружки. Та ответила мгновенно, похоже, не спала. Точно, и глаза красные, плакала, что ли?
— Олег, ты живой?? — буквально завопила она в передатчик. Опомнившись, понизила голос: — Тебя отпустили?
— Меня ещё и не забирали. За мной правда Инквизитор прилетела?
— Правда, правда! Отец пришёл со службы раньше времени, хлопнул полную рюмку синего и стал меня строить. Мол, сколько раз тебе говорил, водись с парнями из приличных семей! Твоим, мол, умником Инквизиция интересуется.
— Подробностей не упоминал?
— Какие ещё тебе подробности?? Ты не умник, ты идиот! Они разве когда-нибудь говорят, что им нужно? Был человек, и нету. В общем, так: я с тобой не говорила, сюда больше не звони, знать тебя не желаю! Из-за тебя, чего доброго, и у нас неприятности начнутся, — она помолчала, шмыгнула носом и неожиданно добавила: — Выпутаешься – дай знать, только осторожно.
Связь оборвалась. Олег торопливо подчистил логи – это умели все, начиная с первого курса, проще простого, защиты никакой – дождался возвращения оператора и сам вышел из зала, будто бы в санузел. Сделал морду ящиком, будто следует по очень важному поручению, покинул здание, добрался до известной каждому нижнему чину лазейки-"самоходки", и был таков. Желания встречаться с зелёной Инквизиторшей у Олега не было никакого. Крутой нрав этой службы на Лотале был известен не понаслышке. Несколько месяцев назад надзиратель Гринт и комендант Ареско уже пообщались с Инквизитором, в результате лишились голов. Правда, по слухам, приказ их казнить отдал Таркин, а какой это злобный и безжалостный урод, Олегу было известно из Четвёртого Эпизода. Ну, уж нет, бережёного бог бережёт.
Тревогу на базе объявили примерно через полчаса после исчезновения Олега. Прилетела, видимо, Инквизиторша, решил он, слушая завывание сирен. Суета поднялась нешуточная. В небо поднялись челноки, пехотные транспортёры слаженно расставили по городу пикеты и начали патрулирование улиц. Человек, незнакомый с принципами проведения имперских войсковых операций, давно бы попался. Олег, к несчастью для имперцев, учился хорошо и знал все тактические схемы, а также интервалы времени при "нерегулярном" характере патрулирования, и в каком порядке они чередуются. Встроенный в шлем маячок он удалил давно, ещё до истории с бегством кадетов Моргана и Келла, и носил в кармане. Теперь настало время "дать ему ход". Приклеив капсулу следящего устройства к подобранной деревяшке, Олег пустил её в долгое плавание по городской канализации, с тем расчётом, чтобы на время направить погоню по ложному следу. Сам же, замаскировавшись, как мог, двинулся к окраине, держась противоположного направления. Он
бы с удовольствием избавился от мундира, но, увы, переодеться было не во что, а надевать найденную в мусорном баке куртку на голое тело не позволяло врождённое чувство брезгливости. Шлем выбрасывать тоже было нельзя, в нём имелись не только инфраочки, но и слуховое устройство, фильтрующее звуки, и комлинк. Разумеется, от сети связи военной базы Олега уже отключили, но он быстро перенастроил приёмник и мог теперь слышать все переговоры патрулей на общей волне. Все эти нехитрые уловки передавались в кадетской школе от старшего поколения к младшему.
К вопросу, что же нужно от него имперской Инквизиции он возвращался не раз и не два,