Муж объелся груш стр. 137
с этим. Мне все время казалось, что меня выпрут. Сначала я думала, что в первый же день. Этот Феерабль…
– Кто? – хихикнула Люся.
– Феерабль – это наш начальник Федор Иванович, – пояснила я.
– А почему Феерабль?
– Это долгая история, – смутилась я.
– Ничего, мы никуда не спешим. Кажется, София твоя дома с мамой, так что все в ажуре. Рассказывай. Кто он? Полный козел?
– Нет, вообще-то он очень даже хороший руководитель. Знаешь, все его боятся, а продажи в нашем салоне самые высокие. И он такой, как сказать, представительный, выглядит так достойно. Сразу видно, серьезный мужик.
– Женат? – заинтересовалась Люся.
– Не знаю, – удивленно заметила я. – Мне страшно с ним даже рядом стоять, кажется, что он меня готов заживо спалить, так я ему не нравлюсь. Он вообще женщин не выносит.
– Почему?
– Не знаю.
– А что за Феерабль?
– Ну, это он так говорит, когда хочет показать, что кто-то перед ним – полный идиот. И дело в том, что я…
– Ты слышишь это особенно часто, – ехидно подытожила она. Я кивнула. – Это не беда. Пошел он, твой Феерабль, мы ему еще такое покажем. План ты выполнила?
– Ну… да, как-то получилось, что выполнила. Сейчас вообще заказов много, а там впереди ноябрь, декабрь, скидки. Все неплохо, я говорю. Главное, чтобы меня не посылали на тест-драйвы.
– А что? В чем проблема? – удивилась она. Я удивленно уставилась на нее.
– Ты-то что, не понимаешь? Сама же мне права купила! Я же вожу только отсюда и до столба, и то если смогу машину стронуть с места. Так что пока тест-драйвы у меня коллега один забирает, Павлик, а я ему за это статистические отчеты печатаю. Двумя пальцами, как говорит мой папа. Уже мозоли у меня на этих пальцах.
– Так, постой, – задумчиво постучала пальцами по столу Людмилка. – Тогда тебя надо бы выучить водить.
– Ой, этого я боюсь, – честно призналась я. Все эти кнопочки, сложные какие-то слова типа «маневр скоростью» или «торможение двигателем», которые свободно метала подруга, вгоняли меня в тоску.
– Это все блажь. Будем учиться, – отмела мои сомнения Люся.
– Я на это не способна, – уперлась я.
– Это ты так думаешь. А раньше ты думала, что ты вообще ни на что не способна, кроме как сидеть дома и рыдать. И плюшки трескать мамины. Да, кстати, ты что, реально худеешь? Смотрю, сидит, ковыряет салат, смотрит на меня голодными глазами. Может, тебе пиццу заказать?
– Ни в коем случае. Я и из-за салата уже переживаю, – горестно поделилась я. – Я видела в одном фильме, как девка на вечеринке, чтобы не поправиться, жевала салфетку. Вот и мне так надо.
– Зачем? – удивилась Люся. – Ты и так хороша, моя душа.
– Ничего подобного. Я толстая. И не надо меня успокаивать. Надо, наоборот, меня беспокоить. Знаешь, я ведь и в клуб хожу, – поделилась я, чуть смутившись. – Все мышцы жутко болят, но я хожу все равно.
– И часто?
– Почти каждый день.
– Но зачем? И почему без меня? – обиженно спросила она. – А, погоди, у меня же карточка уже кончилась. Может, другую купить, чтобы ходить вместе?
– Не знаю, я пока стесняюсь. Я такая неуклюжая. У нас в группе десять человек девчонок выглядят как королевы. Я когда на них смотрю, мне рыдать