Библиотека

Муж объелся груш стр. 151

Размер шрифта
-
+
Тема

что я – ничтожество? С чего я вообще это взяла? Стоп, а разве так бывает, что у ничтожества огромная сила воли? Скажите честно, бывает? Нет? А у меня есть. Ведь не может не быть большой силы воли у человека, который решил похудеть и похудел, да так, что упал в голодный обморок.

– Скажите, Федор Иванович, а куда мы едем? – спросила я, провожая взглядом мелькающие за окном машины огни.

– В одно место, – тихо ответил он. – Ты можешь еще подремать.

– Я не сплю, – помотала головой я, но послушно замолчала и прикрыла глаза. Я никогда не думала, что у меня есть сила воли. Может быть, просто ее раньше не было? Возможно такое? Нет, подумала я, наверное, просто раньше не существовало ничего, что бы я хотела с такой силой. И дело в том, что я вообще в жизни мало чего хотела. Разве что чтобы меня любили. Чтобы… чтобы я была кому-то нужна, такая жалкая и бессмысленная. Это какой-то замкнутый круг. Если у меня есть сила воли, значит, никакая я не жалкая и не бессмысленная. У меня есть что-то, о чем я понятия не имела. Оно было, а я о нем и не подозревала. Может, я не такая уж уродина? Не такая, какой видит меня Нинэль. Не такая, какой я вижу себя сама, когда смотрю в зеркало.

– Мы приехали, – тихо сказал Феерабль. Я вздрогнула и приподнялась на сиденье.

– Куда? На работу? – Но за окном не было ничего, отдаленно напоминающего автосалон.

– Не на работу. Далась тебе эта работа, – отмахнулся он, вылезая из машины.

– Что это? – удивилась я, когда он помог мне выйти. Мы стояли на проспекте, перед каким-то красивым невысоким особняком с надписью «Тоскана».

– Это? Ну, скажем, это то, что доктор прописал, – усмехнулся он и открыл передо мной тяжелые дубовые двери.

Я прошла внутрь, пребывая в полнейшем недоумении. Мысли все еще судорожно метались по моему собственному внутреннему миру, в котором теперь была полнейшая путаница, и я с трудом воспринимала реальность. Кто я? Где я и почему? Мы вошли в зал с кучей столиков, накрытых сияющими от синьки и крахмала скатертями. Гомон и шум окружили и окутали нас, я растерянно посмотрела на начальника, который деловито тащил меня куда-то в глубь зала.

– Мы тут зачем? – попыталась выяснить я, но Феерабль только пожал плечами.

– Кажется, это очевидно. Будем тебя кормить.

– Что? – вытаращилась на него я. – Я не… зачем это? Нет, я не буду.

– Считай это условием получения работы. Поужинай со мной, или я завтра же тебя уволю!

– На каком основании? – возмутилась я.

– На основании физической непригодности.

– Не имеете права. И вообще, вы мне обещали, – у меня задрожали губы, отчего он сразу же задергался и сунул мне салфетку.

– Слушай, хватит дурью маяться. Оставь ты в покое работу, пойми – ты упала в обморок. Нельзя так с собой. Зачем ты это делаешь? Если уж ты хочешь работать у меня в отделе, ты должна… – Он замолчал, подбирая слова. – Я вообще не понимаю, как это можно – не есть. Мы не в блокадном Ленинграде. Как это возможно? И как давно ты это… ну, худеешь?

– Послушайте, Федор Иванович. Согласитесь, это мое личное дело. И я

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.