Муж объелся груш стр. 97
это все еще далеко от идеала, от этих сказочных ланей, с которыми я хожу на тренировку, но… красное платье, которое я воровато достала с полки в антресолях, на меня налезло! Оно сидело в обтяжку и требовало сбрасывать еще лишнее, но глядя на себя, вернее, на эту бледную симпатичную девушку с уже не такими и большими щеками, зато с очень увеличившимися голубыми глазами (волосы остались тускло-серыми), я поняла, что, как бы мама ни воняла яичницей, есть я не буду. А мама воняла. Не только в смысле запахов, она просто ругалась на меня почем зря, требуя, чтобы я ела хоть что-нибудь.
– Я ем, мама, ем. На работе ем. А на завтрак есть вредно, я читала, – врала я. – Со мной все хорошо.
– Ты выглядишь просто больной!
– Это просто тебе надо в прихожей лампочку воткнуть помощнее, – возражала я. И спасалась бегством в который раз.
– После развода ты стала совсем другой, – возмущалась она, и даже я сама понимала, что она права. Только меня это не расстраивало, а радовало. День за днем я все больше чувствовала, что я нравлюсь. Моим коллегам по работе, что привело бы в ярость моего папу, моим клиентам, нашему страховому агенту из-за столика в углу салона. Его зовут Константин, и он так мне улыбается, когда видит, что даже мне при всей моей неуверенности становится понятно, что он очень рад. В первое время я даже дергалась и оглядывалась вокруг себя, пытаясь отыскать человека, которому адресованы эти широченные добродушные улыбки. Но оказалось, что мне. Но самое странное: хоть я и видела, как сильно Константин хотел познакомиться со мной поближе, я впервые в жизни никак не реагировала на эти, так сказать, флюиды.
– Маша, привет. Опять у нас с тобой смены совпали, – радовался он, подбегая ко мне. – Выпьешь кофейку?
– С удовольствием, – кивала я, потому что кофе был тем продуктом питания, который я себе разрешала. Без сахара,
конечно. Если быть честной, кажется, кофе – это единственное, чем я питалась в то время.
– Тогда я принесу, – счастливо улыбался Константин. Молодой парень работал в холдинге, куда входила какая-то куча страховых компаний. Он не был уродом, но как-то неприятно дергался и все время теребил что-то в ладонях. А, что там говорить, Костя мне просто не нравился. Хороший парень, кофе с ним попить можно, но что-то более – ни за что. И эта вот моя уверенность, что он мне не нужен, это мое нежелание, отсутствие интереса к кому-то, кто проявил интерес ко мне, – это и было самое странное, что появилось во мне. Да, после развода я сильно поменялась. Раньше я бы моментально упала в объятия того, кто проявил ко мне, такой серой мыши, хоть какой-то интерес. А сейчас, проголодав весь день и с трудом справляясь с головокружением, я понимала, что если уж и падать к кому-то в объятия, то чтобы это оказалось хорошо. Чтобы мне это было надо. Вот такая я стала – эгоистка? Может быть, но мне все эти новшества очень даже нравились. И вообще, глядя в зеркало дома, я понимала, что не так уж я плоха, как всегда о себе думала. Может быть, со временем, если я действительно похудею,