Мужчины без женщин (сборник) стр. 84
посуду, готовил соусы, выбирал пластинки и читал разом утренний и вечерний выпуски газеты.
Кино не знал имени мужчины, а вот мужчина знал, как зовут Кино – по названию бара. Сам мужчина назваться не спешил, а спрашивать Кино не отваживался. Ведь тот лишь завсегдатай, пьет свое пиво и виски, молча читает книги, платит по счету наличными. При этом никому не мешает. Что еще о нем требуется знать?
Кино проработал семнадцать лет в фирме, торгующей спортивными товарами. Еще студентом института физкультуры он отличался успехами в беге на средние дистанции, но на третьем курсе порвал ахилл и распрощался с мечтой о профессиональном спорте. Получив диплом, он по совету тренера устроился в ту компанию простым сотрудником, продавал спортивную обувь. Работа сводилась к тому, чтобы поставлять как можно больше товаров в спортивные магазины по всей стране, а также чтобы их продукцией пользовалось как можно больше известных спортсменов. Средней руки производитель с главной конторой в префектуре Окаяма, компания не такая известная, как «Мизуно» или «Асикс», и капитала, чтобы заключать, подобно «Найки» или «Адидасу», эксклюзивные дорогие контракты с первоклассными атлетами мира, тоже нет. Что там контракты, представительские на прием известных спортсменов – и те не выделялись. Чтобы пригласить спортсмена в ресторан, приходилось выкраивать из командировочных или выкладывать свои скудные карманные крохи.
Его компания шила обувь для ведущих атлетов вручную и делала это очень тщательно, невзирая на расходы. И спортсменов, высоко ценивших их добросовестную работу, было немало. Директор-основатель считал, что если трудиться на совесть, результат не заставит ждать. Вероятно, то, что компания отказывалась идти в ногу со временем, пришлось Кино по нраву. Даже такой малословный, неприветливый человек, как он, справлялся с работой в коммерческом отделе. Более того, именно из-за его характера советам его следовали спортсмены и доверяли тренеры (пусть их набиралось не так уж и много). Он прислушивался к пожеланиям спортсменов и, вернувшись в компанию, обязательно передавал информацию в производственный отдел. Работа спорилась и была ему в радость. Зарплату большой не назовешь, однако он видел отдачу от своего труда: пусть сам бегать больше не мог, но с удовольствием наблюдал, как подрастающие спортсмены в красивой форме бодро накручивают круги по дорожке.
Кино ушел из компании никак не по причине недовольства условиями работы, а после неожиданной семейной ссоры – узнав, что его лучший приятель-сослуживец спит с его женой. Кино проводил в командировках больше времени, чем в Токио. С огромной сумкой через плечо, наполненной образцами обуви, он колесил по всей стране – объезжал спортивные магазины и наведывался в местные университеты и клубы легкоатлетов при частных компаниях. Пока его не было дома, те тайно встречались. Кино, ничего не подозревая, считал, что в семье у него все в порядке, и верил жене на слово. Если бы случайно не вернулся домой на день раньше, так ничего бы и не узнал.
После очередной командировки он направился прямиком домой (у них была квартира в токийском квартале Касай), где и застал изменницу в постели нагой: в спальне, прямо на их супружеском ложе, ее ласкал другой мужчина. Ошибки быть не могло. Жена взгромоздилась сверху, будто наездница, и когда Кино, отворив дверь, вошел в комнату, их взгляды встретились. Кино видел,