Мужчины без женщин (сборник) стр. 87
вином «О-Медок». На пороге бара они вынули из бумажного пакета бутылку и спросили разрешение выпить ее здесь, пообещав пять тысяч иен «за пробку». Прежде никто о таком не просил, но отказать повода не было, и Кино согласился. Он вынул пробку и поставил два бокала. Принес блюдце с орешками. Вот и все обслуживание. Правда, те двое крепко смолили и тем сразу не понравились хозяину заведения, не переносившему дым. Бар пустовал, и Кино, сев на стул, слушал пластинку Коулмена Хокинза с песней «Joshua Fit the Battle of Jericho». Соло на басу Мэйджора Холли было прекрасно.
Двое мужчин первое время мирно пили вино, но вскоре между ними разгорелся спор. Не очень ясно, из-за чего именно, но эти двое незначительно разошлись во мнении по какому-то специфичному вопросу. Попытка найти точки соприкосновения завершилась неудачей. Нервы у обоих постепенно накалились, и невинный спор перерос в острую словесную перепалку. В какой-то миг один попытался встать, стол наклонился и полная окурков пепельница и бокал упали на пол. Бокал разбился вдребезги. Кино принес веник, собрал осколки и мусор, поставил свежую пепельницу и новый бокал.
Было заметно, что Камите – в то время клиенту все еще безымянному – неприятно наблюдать вызывающее поведение забияк. Лицо у него не изменилось, но пальцами левой руки он постукивал по барной стойке, точно пианист проверяет расстроившиеся клавиши. Кино решил вмешаться – ведь это его территория. Он подошел к столику крикунов и вежливо попросил разговаривать тише.
Один перевел взгляд на Кино. Тяжелый взгляд. Он поднялся со стула. Кино отчего-то не заметил раньше, что тот хоть и не высок, но широк, будто шкаф: грудь как броня, толстенные ручищи. С таким телосложением ему хоть в борцы сумо. Наверняка с детства никому не уступал в драке. Привык указывать другим и не любит, когда указывают ему. Кино на таких насмотрелся, пока учился в институте физкультуры. Взывать к разуму подобных типов бессмысленно.
Его спутник был намного меньше. Худой, в лице ни кровинки, но с проницательным взглядом. Он производил впечатление человека, способного искусно подбить собеседника плясать под свою дудку. Он тоже медленно встал. Кино оказался один против двоих. Те, забыв перебранку, решили объединиться против бармена. Они были как два сапога пара – и будто втайне дожидались такого поворота событий.
– Ты это по какому праву встреваешь? – сухим басом бросил крепыш.
Их костюмы выглядели дорогими, но, если присмотреться, качество пошива не впечатляло. Не якудза, но, вероятно, ребята того же разбора. В общем, не самой похвальной профессии. Здоровяк пострижен под бокс, коротыш завязывал крашеные коричневые
волосы в конский хвост. Кино, опасаясь заварушки, на всякий случай запомнил их приметы. Под мышками у него вспотело.
– Простите, – раздался голос сзади.
Обернувшись, Кино увидел Камиту, который встал со своего табурета и теперь стоял рядом.
– Вы не могли бы оставить бармена в покое? – сказал он, показывая пальцем на Кино. – Вы разговаривали громко, и я попросил его сделать вам замечание. А то невозможно читать.
Голос Камиты звучал спокойней и протяжней, чем прежде, но Кино показалось – в нем самом что-то медленно и незаметно пришло в движение.
– Невозможно читать? – тихо повторил коротыш слова Камиты. Будто проверял, нет ли грамматической ошибки в структуре