Библиотека

Мужчины любят грешниц стр. 124

Размер шрифта
-
+
Тема

по безлюдной аллее. В последний раз я прогуливался здесь лет двадцать назад. Снег, покрывший мокрые черные листья, был бел и девственен, не сравнить с уличной слякотью. Мы добрели до чугунной ограды на краю парка, долго смотрели вниз на реку. Черная змея извивалась в белых плоских берегах, а поодаль стеной стоял черный лес. Мир был графичен, черно-бел и холоден. Лишь на западе слабо светились малиновые полосы и дрожала первая звезда. А на востоке поднималась синеватая зимняя луна, яркая в черно-сером небе. Лиска однажды прочитала мне стихи про луну, которые я, разумеется, высмеял. Там луна называлась «седым кристаллом магических заклятий», «хрустальным трупом»,

а еще «любовницей волны»…

Я с удивлением обнаружил, что все еще помню эти строчки.

Седой кристалл с кривой ухмылкой смотрел на нас с высоты вечности и, наверное, думал: «Нет, друзья, что бы вы там себе ни напридумали и ни насочиняли, но весь ваш человечий мир одна сплошная суета! Суета сует и всяческая суета…» Я вспомнил плачущего мужчину с Лешкиной картины… «Смех луны», кажется, и невольно улыбнулся – ну и что, что вечность? У седого кристалла свой путь, у нас, человеков, – свой…

А может, он и вовсе не думал о нас, магический седой кристалл. Пыль, прах…

Ощутимо подмораживало. Под ногами громко хрустело. Мы шли молча. Я взял ее за руку. Пальцы Анечки были холодны как сосульки.

– А где перчатки? – строго спросил я.

– Потерялись. – Она попыталась отобрать у меня руку.

Я дотронулся тыльной стороной ладони до ее носа. Он тоже был как сосулька.

– Немедленно домой, греться и пить чай! У меня есть ежевичное варенье. И ежевичное вино.

– Уже поздно… – несмело запротестовала она.

– Детское время. Вы спешите?

Она покачала головой, не глядя на меня. Я махнул рукой, и красный «Форд», вильнув, затормозил около нас.

Толик обрадовался нам, как родным. Анечка затормошила его, чтобы скрыть смущение. Боится она меня, что ли? Что за робкая девица! Толик был счастлив, вился вьюном, хвост его готов был оторваться напрочь. Я не часто балую его ласками.

– А где кольцо? – спросил я, когда мы сидели за столом на кухне. На мне был фартук с зайцем – подарок мамы. Мне хотелось развеселить Анечку. У зайца глупое лицо, в зубах он держит морковку. Казимир сказал однажды, что заяц похож на меня. Рената тогда так хохотала, что даже поперхнулась и закашлялась. Эти двое сразу спелись, что было видно невооруженным глазом.

– Нет кольца, – ответила Анечка, покраснев, не поднимая глаз.

– А свадьба когда? – допытывался я. – Не забудьте меня пригласить!

Она молчала.

– Так как со свадьбой? – продолжал я настаивать, не замечая ее каменного молчания. – Эх, люблю бывать на торжествах! Цветы, музыка, шампанское… Обязательно драка!

– Свадьбы не будет, – сказала она тихо.

– Не будет? – по инерции повторил я и прикусил язык, не зная, что сказать. Да и надо ли…

Она помотала головой и посмотрела прямо мне в лицо. Глаза у нее были зеленовато-серые, цвета болотного мха. Я нагнулся и поцеловал ее мягкие теплые губы, пахнущие ежевичным вареньем. Анечка не отодвинулась, и я, встав, потянул ее за собой. Она обняла меня за шею. Я целовал и чувствовал тонкий запах ее волос, кожи и чуть-чуть шерстяного свитера. Она пахла

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.