Музыка души стр. 10
другого, другой — на третьего.
— Скажи ты.
— Нет, лучше ты.
— Да рассказывайте: как вы молитесь? — потребовал епископ. — Говорите «Отче наш» или нет?
— По правде сказать, — отвечали они, — мы и молитвы никакой не знаем. Мы сами придумали себе молитву, а теперь не решаемся тебе пересказывать. Но раз ты требуешь, нам ничего другого не остается. Мы слышали, что Бог есть троица: Отец, Сын и Святой Дух. Нас трое, их тоже трое, вот мы и придумали такую молитву: «Трое вас, трое нас — помилуй нас!»
— Что за ерунда! — сказал епископ. — Разве так молятся? Сейчас я вас, дураков, научу правильно молиться.
И он сказал им «Отче наш». Бедняги попросили:
— Сделай милость, повтори еще разок: мы ведь люди необразованные, можем перепутать.
Он повторил, но они говорят снова:
— И еще разок, ради троицы: ведь нас тоже трое. Повтори хотя бы трижды.
Он повторил еще и вернулся на корабль довольный.
Корабль давно уже снялся с якоря и поплыл, как вдруг… епископ изумился, изумился кормчий корабля: эти трое святых бежали по воде за ними следом!
— Обожди! — просили они. — Повтори молитву еще раз: мы забыли твое ученье!
Теперь настала очередь епископа кланяться им в ноги. Он поклонился им и сказал:
— Забудьте все мое ученье. Вашу молитву слышит Бог; моя же еще не услышана. Не мне учить вас молиться. Простите меня, дурака, и продолжайте все по-прежнему!
Молитва — это состояние простоты. Она принадлежит не словам, но молчанию.
Великий еврейский философ Мартин Бубер говорит, что молитва — это отношения между «я» и «ты». Он неправ. Он ничего не знает о молитве. Отношения между «я» и «ты»? В молитве нет никакого «я», в молитве нет никакого «ты». Молитва — не диалог между «я» и «ты»; молитва — это слияние. «Я» исчезает в «ты», «ты» исчезает в «я». Нет никого, и некому обращаться, и обращаться не к кому.
Молитва — это река, исчезающая в океане. Молитва — это капля росы, скользящая в озеро с листа лотоса. Когда ранним утром вы видите восход солнца, смотрите в молчании, и внутри вас тоже начинается восход, — это молитва. Когда птица парит в небе, и вы парите в небе; и вы забыли, что вы отдельны, — это молитва. Везде, где исчезает разделенность, возникает молитва. Когда вы становитесь едины с существованием, с вселенским целым, — это молитва.
Быть в эго значит быть без молитвы; быть без эго значит быть в молитве. Это не диалог и даже не монолог. Это несказанное молчание, где нет места словам. Это бескрайнее безмолвное небо, без облаков, без мыслей. В молитве вы не индуисты,
не христианине, не мусульмане. В молитве вас нет — в молитве есть Бог.
Спонтанное движение сердцаМолитва — это не техника, не церемония, не формальность. В молитве нет никаких образцов. Это спонтанное движение сердца, так что не спрашивайте, «как…» — в молитве нет и не может быть никаких «как…» Все, что бы ни происходило в нынешний миг, правильно. Если приходят слезы — хорошо. Если вы поете — хорошо. Если вы танцуете — хорошо. Если ничего не происходит, и вы просто остаетесь в молчании — хорошо. Потому что молитва состоит не в способе выражения; она не в форме, она в содержании. Иногда молитвенно молчание, иногда молитвенно пение.