Музыка души стр. 30
используете как средство, — это эгоистическая страсть. Эгоистическая страсть всегда жестока, любовь всегда сострадательна.
— Тогда я увидел, как в твоих глазах возникает сострадание, и тогда ты стал делать неверные ходы, чтобы проиграть и погибнуть вместо этого монаха. В тот самый момент я опрокинул доску. Ты победил. Теперь ты можешь остаться. Я научил тебя и медитации, и состраданию. Иди этой дорогой, и пусть медитация и сострадание возникают в тебе спонтанно — не в результате определенной ситуации, не в опасности, не случайно, — как качество, присущее твоему существу.
Несите эту историю внутри, в самом сердце; пусть она станет биением вашего сердца. Найдя корни в медитации, вы найдете и крылья — в сострадании. Вот почему я говорю, что хотел бы дать вам две вещи: корни в этой земле и крылья в этом небе. Медитация — это земля, здесь и сейчас; в это самое мгновение вы найдете глубокие корни в земле. Найдите. А как только у вас будут глубокие корни, ваши крылья достигнут самых высоких небес. Сострадание — небо, медитация — земля; когда медитация и сострадание встречаются, рождается будда.
Идите глубже и глубже в медитацию, чтобы вы могли выше и выше подниматься в сострадании. Чем глубже у дерева корни, тем выше его вершина. Вы видите только крону дерева — корней не видно,
но они всегда соразмерны ветвям. Если дерево дотянется до самого неба, его корни должны достичь самого центра земли — пропорционально. Какой глубины будет ваша медитация, такой глубины вы достигнете и в сострадании. Все определяется состраданием… Если вы считаете себя медитативным человеком, но в вас нет сострадания, вы себя обманываете. Сострадание необходимо, потому что это цветение дерева. Медитация лишь ведет к состраданию; целью является сострадание.
Старайтесь быть более и более бдительными. Окликните себя по имени и ответьте — просто чтобы создать больше осознанности. Когда вы станете глубоко осознанны, вы почувствуете новый всплеск энергии.
С вами случится сострадание.
А с состраданием — блаженство, с состраданием — красота, с состраданием — убежденность.
Что такое молитва? Каково ее точное определение?Молитва — это переживание воскресения, это возрождение, это рождение нового видения… это новое измерение, это новый взгляд на вещи, это новый образ жизни. Не нечто такое, что ты делаешь; но нечто такое, чем ты становишься. Это состояние бытия — не имеющее ничего общего со словами, которые ты произносишь в храме, мечети, церкви. Это безмолвный диалог с существованием.
Это сонастроенность со всеобщим, с целым… войти в гармонию с целым — это молитва. Это опыт великий и безграничный, и никакая точность в нем невозможна. Он неопределим; любое определение несоразмерно мало. Любое определение передает какую-то часть, но всего лишь часть. Многое остается недосказанным.
Опыт молитвы настолько всеобъемлющий, что содержит в себе противоречия. Поэтому кто-то может сказать: «Молитва есть молчание» — и будет прав, абсолютно прав. Кто-то другой может сказать: «Молитва есть диалог» — и тоже быть правым, потому что молитва есть диалог в молчании. На первый взгляд «диалог» и «молчание» противоречат друг другу. В диалоге говорят, в молчании слушают. В диалоге беседуют, в молчании просто пребывают: сказать нечего.
Что можно сказать? Ты можешь склониться в поклоне. Ты можешь праздновать. И все-таки твой поклон, твое служение, твое празднование, твоя благодарность… все это по-прежнему попытки высказать. Ты пытаешься высказать