Музыка джунглей стр. 86
Он отнюдь не был дураком, этот здоровенный горри, и прекрасно умел оценивать врага. Стоявшая в дверях была ничуть не менее опасна, чем только что поверженный противник. Именно поэтому он неожиданно вскинул палку и закрутил «восьмёрку», приближаясь к ней. Вторая палка в отведённой назад руке готова была сделать стремительный выпад.
Джихад, не сдвинувшись ни на шаг, вдруг дёрнулась, изогнулась – резко, словно хлыст. Что-то сверкнуло, послышался звонкий удар. Палка, только что плясавшая в воздухе, со стуком упала на пол. В мелкослойной древесине засела короткая и широкая метательная стамеска с лёгкой пробковой рукоятью.
Обезьянец перевёл взгляд на свою руку. Указательного пальца как не бывало – вместо него торчал короткий обрубок, из которого тонкими струйками била тёмная кровь. Джихад, казалось, не сделала ни одного движения – но в её руке вдруг материализовалась ещё одна стамеска. Поймав полированной поверхностью свет, она пустила зайчик в глаза ошеломлённому наёмнику.
– Уже калека. Но – живой калека. Подумай, прежде чем выкинуть ещё что-нибудь.
– Она не сможет поразить сразу двоих! – выкрикнул де Камбюрадо впавшим в ступор наёмникам. – Хватайте её!
Джихад снова улыбнулась и чуть изменила позу – так, чтобы стала видна её вторая рука. Веер пробковых рукоятей топорщился между пальцами.
– Это совершенно неважно – один или два, – мягко сказала
она. – Абсолютно.
Раненый медленно отступил к окну, пытаясь зажать кровоточащий обрубок и не сводя глаз с девушки. Нащупав подоконник, он неловко выбрался наружу, пятная всё вокруг кровавыми разводами.
– Уходим, – бросил де Камбюрадо и скользнул следом.
Двое оставшихся наёмников последовали за ним, опасливо оглядываясь. Когда они скрылись с глаз, Джихад вошла в номер. Двигаясь лёгкой, почти танцующей походкой, она пинками распахнула двери в ванную и туалет, осторожно выглянула в окно, прикрыла створки и лишь затем шагнула к Громиле. Глаза девушки встретились с мутным взором обезьянца.
– Как ты, Гро?
– Нормально, – прохрипел Громила и попытался встать.
– Что болит?
– Практически всё… Ох! Осторожнее!
– Рёбра вроде целы, – Джихад, слегка хмурясь, ощупала Громиле бока. – Хотя у тебя такая густая шерсть, милый, что толком не поймёшь.
– И это правильно, – Громила осторожно взобрался на кровать. – Хуже всего – рука и затылок. По-моему, этот гад сломал мне пальцы. Вот ведь невезуха…
– Лежи, я вызову доктора, – Джихад шагнула к дверям.
– Джи, там где-то ещё оставалось пиво… – жалобно простонал Громила.
– Тебе сейчас не пиво нужно, а гипс. Куда встаёшь?! Лежи, кому говорят! На, держи свою гадость, – Джихад протянула обезьянцу бутылочку, чудом уцелевшую в произошедшей потасовке.
Тот попытался было её открыть – и зашипел от боли.
– Давай сюда, – Джихад ловко сорвала пробку о спинку кровати. – Что им было надо?
– Этот мерзавец майор каким-то образом пронюхал про волшебную монетку. Ума не приложу…
– Понятно. Ладно, Гро, я побежала за доктором. Громила присосался к бутылке и одним невероятно долгим глотком втянул в себя её содержимое.
– Да, господа, – прошептал он, задумчиво уставившись в облупленный потолок. – Только когда тебя как следует отдубасят, начинаешь понимать, насколько хорошо ты себя чувствовал до этого.
* * *Иннот и Кактус шагали по чёрной брусчатке. За спинами у них покачивались одинаковые здоровенные рюкзаки из брезента, под завязку набитые продуктами и разнообразным снаряжением.
– Эта штука страшно тяжёлая, – ныл Кактус. – Кроме того,