Библиотека

Мы долгое эхо друг друга стр. 2

Размер шрифта
-
+
Тема

Приходится жить —

                            ежедневно расстрелянной

намеками,

слухами,

вздохами,

взглядами…

Подругам

она улыбается весело.

Подруги ответят

и тут же обидятся…

Красивая женщина —

                               это профессия.

А все остальные —

сплошное

любительство.

Будьте первыми!

Если вы есть —

                      будьте первыми!

Первыми —

кем бы вы ни были.

Из песен —

                лучшими песнями.

Из книг —

               настоящими книгами.

Первыми будьте!

И только.

Песенными,

                 как моря.

Лучше

         второго художника

первый

маляр!

Спросят вас

                 оробело:

«Что же тогда окажется?

Ежели все

              будут первыми,

кто

пойдет

в замыкающие?..»

А вы трусливых

                      не слушайте!

А вы их сдуйте как пену.

Если вы есть —

                      будьте лучшими!

Если вы есть —

                      будьте первыми!

Если вы есть —

                      попробуйте

горечь

зеленых побегов.

Примериваясь,

                    потрогайте

великую ношу

первых.

Как самое

              неизбежное,

взвалите ее

               на плечи…

Если вы есть —

                      будьте первыми!

Первым – трудней.

И легче.

Байкальская баллада

Их напрасно весь день искали.

Вдалеке

           от привычных дорог

катерок посадило на камни.

Уходил на дно

катерок.

Экипаж катерочка —

                              четверо,

да еще пассажирка одна…

Видно, так судьбою начертано,

что вода

чересчур холодна.

Знали все

(зачем утешаться

и надеяться на чудеса?) —

в этом климате можно держаться

на поверхности

полчаса,

а потом…

Да ну его к черту!

Все равно не спасется никто…

Капитан

           взглянул на девчонку:

– Парни,

ей-то это

за что?!

Мы

     пожили не так уж мало,

а она

всего ничего…

Но ведь есть на катере

                                мачта!

Это ж —

лодка на одного!..

И не надо, сестренка, плакать…

Мы немножко

                    обманем смерть…

А она:

– Не умею плавать… —

Он:

– Тебе и не надо уметь!..

Мы привяжем тебя,

                           спеленаем —

не утонешь во веки веков…

Только ты постарайся, родная,

доплыви за нас,

мужиков.

Может, холод взять не успеет…

В общем,

             кончим этот базар!

Передашь наши письма на берег.

Приготовься.

Я все сказал…

…Первый написал коротко:

«Извини за почерк —

холодно.

Извини за кляксы —

мокро.

Так и потонуть

                      можно.

Если не придет к нам

                               спасенье,

выйди замуж.

Твой Сеня…»

А второй

            на лоб сдвинул шапку.

Передал письмо.

Ножкой шаркнул.

А в письме:

«Натаха!

           Рыдать погоди!

Слезы

неполезны для красавицы…

Мы еще поплаваем!

Все впереди!

Все впереди,

                 кроме задницы…»

Третий

         к рубке вздыбленной

                                      плечом привалился,

шевелил губами —

широк да невезуч.

То ли – матерился,

                           то ли – молился,

то ли – что-то важное

                               учил наизусть.

«Бывшая жена моя,

                          кончай свою дележку —

простыни-подушки,

чашки-сапоги…

Сбереги Алешку!

                        Алешку.

                                   Алешку.

Сбереги мне

                 сына.

Алешку

          сбереги…

Знаю, что меня ты

любила

          понарошку.

Но теперь —

хоть мертвому! —

перечить не моги:

сбереги Алешку.

                       Алешку.

                                  Алешку.

Я тебя прощаю.

                      Алешку сбереги!..»

А четвертый

                 буркнул нехотя:

– Некому писать!..

Да и – некогда…

…Письма спрятаны в целлофане.

(Лица мокрые,

                    будто в крови.)

Помолчали.

Поцеловали.

И сказали глухо:

– Живи… —

Подступившие слезы вытерши,

привязали,

сказали:

– Выдержи… —

оттолкнули,

сказали:

– Выплыви… —

И смотрели вслед,

пока видели…

И плыла она по Байкалу.

И кричала,

               сходя с ума!

То ль —

           от гибели убегала,

то ли —

            к гибели

                        шла сама.

Паутинка ее дыханья

обрывалась у самого

                             рта.

И накатывалась,

                      громыхая,

фиолетовая темнота!

И давили

            чужие письма.

И волна как ожог была…

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.