Библиотека

На 127-й странице. Часть вторая стр. 143

Размер шрифта
-
+
Тема

меня.

Один из охранников поднимался по тропинке навстречу мне. Он был спокоен и расслаблен. С его хозяином было еще двое слуг. Оснований для беспокойства не было. Поэтому, когда он увидел меня одного, в потрепанном костюме, перепоясанным широким поясом одного из слуг, да еще саблей в руках, то сначала растерялся, а потом бросился вперед, пытаясь при этом выхватить свою саблю. Но я оказался быстрее. Без помощи «сна», я незатейливо ткнул его острием сабли в живот. Наши встречные движения: его вверх, а мое вниз – усилили удар. Лезвие легко вошло в тело слуги. Он молча упал на колени. В его глазах заплескались боль и отчаяние. Он схватился за лезвие клинка, и из-под его сжатых пальцев потекли струйки крови. Я выпустил саблю из рук, а охранник повалился набок. За ним на тропинке никого не было. Как видно, последний из слуг остался охранять повозки. В голове было пусто. Только удивление от того, как легко вошло лезвие в человеческое тело. А еще внутри моего живота набирала обороты дрожь, которая подпитывалась картинкой, сжимающего ладонями лезвие сабли, охранника и его черных неподвижно застывших глаз.

- Прочь! Прочь! – крикнул я, отгоняя эти образы, перешагнул через тело, перегородившее дорогу, и пошел дальше вниз.

Когда я достиг главной дороги, меня трясло, как в лихорадке. Если бы у меня был градусник и время, чтобы измерить температуру, то, думаю, что она была бы под сорок. Но градусника не было, как и времени. Последний охранник, едва завидев меня, выхватил свою саблю и, наверное, зарубил бы меня, если бы не «сон». Он дарил мне скорость, а это было сейчас для меня самое главное. Шаг в сторону. Револьвер из кобуры. Выстрел. И еще одно тело на дороге в расширяющимся кровавом пятне.

Звук выстрела, словно обухом топора, ударил меня по голове, но влажный утренний воздух погасил колебания и вскоре только шум бегущей рядом реки нарушал тишину. Никого и ничего вокруг. Я бросился было бежать по дороге к городу, но заставил себя остановиться и вернуться к повозкам.

Меня продолжал колотить озноб. Словно на ватных ногах, я забрался на облучек одного из экипажей и хлестнул вожжами по спине ни в чем не повинной лошадки. Хлестнул слишком сильно.

«Только бы не понесла!» - мелькнула мысль.

Но запряженная в повозку лошадка, как видно, и слова-то такого не знала. Привычно и обреченно приняв мое грубое обращение, она спокойно зашагала по дороге. Как ни странно, именно ее неторопливый шаг и полное невнимание к моим попыткам подхлестыванием ускорить его, благотворительно подействовали на

меня. Я смирился, и мой озноб стал постепенно проходить.

Когда показались первые городские строения, я бросил повозку. В ней же я оставил и широкий пояс охранника. Поколебался, но все же оставил в повозке и револьвер. Прошел несколько незнакомых улиц, нашел местного извозчика, который не удивился ни раннему клиенту, ни его потрепанному виду. Не иначе как помог серебряный шиллинг, который я ему вручил.

В отеле Терезы я не обнаружил. Портье на мои расспросы ответил, что мисс Одли не ночевала. Дальше я бросился в порт. Я надеялся, что все же Вирасингхе не обманул меня в этом случае. Что с Терезой все нормально.

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.