Библиотека

На электричках: Путешествие из Владивостока в Москву стр. 290

Размер шрифта
-
+
Тема

Для меня осталось загадкой, для чего делать акцент на паровозах в Шумерле.

Пока я изучал вокзал, объявили прибытие поезда Круглое Поле — Москва. Я вышел на перрон. Нумерация вагонов начиналась с головы поезда. Мой вагон был последним. Поезд оказался настолько длинным, что не вместился на станции, и в последний, сидячий вагон пришлось садиться с насыпи. Вагон был старый, на пятьдесят шесть мест, производства Егоровского вагоностроительного завода. Некоторые плацкартные вагоны в середине поезда были сцеплены парами, рабочими тамбурами друг к другу — для обслуживания одним проводником. Мужчина в темно-синем кителе взглянул на билет.

— Вы с нами только до Сергача? — удивился он. — Электричка же ходит!

— Электричку давно отменили, — пояснил я.

Проводник только покачал головой.

Когда поезд отправился, он еще раз подошел ко мне, расспросил про отмененную электричку. Посочувствовал местным жителям — как, мол, они добираются, возмутился порядком властей и пообещал сообщить мне о прибытии в Сергач за пять минут. Поезд идет всю ночь, и пассажиры устроились на ночлег, откинув спинки сидений. Кто-то уже спал.

Час пролетел незаметно. За окном показались огни крупной станции — это был Сергач. Состав въехал на станцию, и я пошел в тамбур на выход. Проводник возился с заевшей дверью. Тем временем в тамбур вышел пассажир с сигаретой в зубах.

— Покурить выпустите? — обратился он к проводнику.

— Стоянка только две минуты. Какое покурить? — возмутился проводник, но потом улыбнулся и добавил: — Как тронемся, в нерабочий тамбур вас выпущу. Три чая у меня купите до Москвы.

— А раньше за покупку лотерейного билета пускали, — вспомнил курильщик.

— То раньше, — мечтательно произнес проводник. — А сейчас умные все стали. Понимают, что лотерея — лохотрон. Поэтому пускаю за чай. Мне план по чаю выполнять надо.

В сравнении с Канашом Сергач показался мне совсем уж краем Земли. Везде незнакомая чувашская речь, ни слова по-русски. До гостиницы я шел через деревню. Навстречу ехал мужчина на велосипеде «Украина». При каждом повороте педалей раздавался жалостный скрип. На руле в сетчатой авоське болталась пустая трехлитровая банка. Из-за забора доносился запах навоза и березовых дров. Самая настоящая деревня!

В гостинице меня дожидалась администратор.

— Это по поводу вас звонили? — уточнила она.

— Да, это по поводу меня, — подтвердил я, не вдаваясь в подробности.

Меня разместили в трехместном номере. Это называется «с подселением». Но поскольку гостиница пустовала, в номере я был один. Приняв душ, за который пришлось заплатить отдельно, устроился на ночлег.

Сергач — Арзамас — Муром

Сквозь сон я слышал, как по подоконнику ритмично постукивают капли дождя. Встал, открыл окно. Комната моментально

наполнилась влажной прохладой и свежестью. Несмотря на ранний час, администратор не спала. Она проводила меня до стеклянных входных дверей и щелкнула задвижкой. Наверное, отправилась почивать.

Дождь прекратился. Я шел по улицам Сергача на станцию, обходя разросшиеся после дождя лужи. На одном из гаражей на воротах хозяин изобразил две волчьи морды. Они прижимались друг к другу, ежась от утренней прохлады. На калитке красками был нарисован большой толстый кот и рука, тянущаяся его погладить.

На станции Сергач уже собрались пассажиры. Они стояли не у вокзала, а на небольшом перроне, затерянном в переплетении железнодорожных путей. Сомнения не было: они ждали единственную электричку Сергач — Арзамас

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.