На электричках: Путешествие из Владивостока в Москву стр. 307
При посадке матрос проверял билеты. Когда все пассажиры разместились в салоне, катер отчалил, крутанулся на месте и вышел в акваторию Куйбышевского водохранилища. Сначала судно кренило и подкидывало из-за встречного ветра. Но потом катер набрал скорость, выскочил из воды и, перейдя в режим глиссирования, заскользил по волнам. Скорость была такая, что облако брызг окутало корму. Корпус был над водой и лишь постукивал брюхом о гребни, перескакивая с волны на волну. Катер проскочил мимо лодок рыбаков в центре водохранилища. Небольшие острова, покрытые густой осокой, остались за кормой. Утес Верхнего Услона стремительно приближался.
Показалась плавучая пристань с трапом, перекинутым на берег. Катер замедлил ход, корпус его погрузился в воду и, клюнув носом, перешел в водоизмещающий режим. Тарахтя и дымя дизелем, «Восход» подошел к пристани. Короткая остановка, и катер, стремительно набрав ход, полетел вдоль берега к следующей пристани. «Восход» передвигается гораздо быстрее своих коллег. Путевая скорость, скорость погрузки и разгрузки — эти параметры выше флотских. На речном флоте не принято торопиться: медленно отчалили, медленно пошли. Здесь иначе.
Я сошел в Верхнем Услоне. На пристани сразу уточнил расписание обратных рейсов. Два варианта: либо ждать два с лишним часа и гулять по Верхнему Услону, либо ограничиться короткой прогулкой и вернуться в Казань тем же «Восходом». Пока катер обходил мыс Верхнего Услона и развозил пассажиров, я взобрался на смотровую площадку и сделал несколько фотографий с видами Казани. На противоположном берегу небоскребы, покрытые зеркальным стеклом, играли на солнце. Праздничные и нарядные дома разновысокими зубьями выстроились в ряд на далекой набережной.
Из-за мыса показался «Восход», возвращающийся в Казань. Он глиссировал по волнам и быстро продвигался к пристани. Передняя часть корпуса была приподнята над водой на подводных крыльях. Зрелище белоснежного речного автобуса так завораживало, что невозможно было оторвать глаз. Я заторопился к причалу. Чтобы успеть, пришлось бежать. Я знал, что посадка проходит быстро и опоздавших не ждут: расписание.
Я успел и даже занял место в носовой части салона, перед ветровым стеклом. Шума здесь было гораздо меньше, звук дизеля почти не был слышен. Из-за того, что на ходу нос приподнят над водой, не было этого неподражаемого ощущения глиссирования, как в кормовой части. Скорее присутствовало ощущение полета в стеклянной капсуле над водой. На корме в окружении пенных брызг, рокота дизеля, мелькающих белых барашков волн впечатления были сильнее.
Когда «Восход» подошел к казанской стороне, на пристани было пусто. Начался часовой обеденный перерыв, во время которого катер стоит в порту. На соседнем причале проходила посадка на теплоход «Москва». Он шел в сады, причаливая в пригородах Казани. Загружались на теплоход преимущественно дачники и желающие совершить речную прогулку по Волге в воскресный день.
Первый пункт программы был выполнен, и теперь меня ждало село Семиозёрка. От речного вокзала я добирался до станции метро «Кремлевская» на трамвае. Маршрут № 2 короткий и редкий. Вместо обещанных 15 минут я прождал на остановке все 30. И уже совсем было отчаялся проехать на казанском трамвае, как на разворотном кругу заскрипело, зацокало, и из зеленой рощи выехал старый, покрытый облупившейся краской Усть-Катаевский вагон. Плату за проезд собирал водитель при выходе. Кондуктора в салоне не было. Старый вагон подпрыгивал и раскачивался на стыках. Казалось,