На корабле полдень стр. 242
нервотрепно.
– Может, никто вообще еще и не появится, – оптимистично предположил Лобановский. – Они ж непредсказуемые. Что у них на уме – непонятно. Может, посовещались между собой и решили, что овчинка не стоит выделки…
– …Или товарищ Иванов, – подхватил Княжин, – виртуоз галактической дипломатии, выцыганил перемирие…
– А еще было б лучше – мир. Честно говоря, так воевать задолбало…
– А что не задолбало? – Спросил Лобановский удивленно, сам–то он воевал совсем недавно.
– У меня целый список есть того, что меня не задолбало, – выделяя «не», сказал Цапко; я обратил внимание, что в то утро мой друг был подозрительно разговорчив. – Первым в списке стоит плавание на яхте. Вторым – знакомства с девчонками. Хоть у меня знакомиться и не получается, если говорить о результате, сам процесс представляется мне увлекательным… Потом мне из глины нравится лепить на гончарном круге. Хоть я и не умею. Вчера смотрел шоу «Ты – скульптор» в записи, со столичной этой знаменитостью… Андреем Эндрю Величаевым. Так оно мне таким офигенным показалось, что я себе зарок дал: когда война кончится, научусь лепить… Ну хотя бы горшки… А потом стану ваять фигурки животных… И женские фигурки, конечно, тоже…
– Будешь, стало быть, знакомиться с девчонками и лепить их фигурки, – ехидно хмыкнул Княжин.
При последних словах Княжина кофейные чашки на столике легонько подпрыгнули, словно некто наподдал коленом снизу по столешнице. Вслед за тем, звеня и подрагивая, поползли к краю столовые приборы.
– Землетрясение?
– Скорее уж джипсотрясение, – ухмыльнулся проницательный Дофинов.
– Похоже, – сказал я, – Данкан Тес со своими умельцами дорылся таки до астероида… Астероиды у джипсов, – я обращался к Паку, Лобановскому и Княжину, –оснащаются огромными двигателями и заселяются сотнями боевых особей. После чего служат неубиваемыми авианосцами.
– Да знаем мы! – Обиженно воскликнул Пак. – На политзанятия ходим!
– А не накидают джипсы там, под землей, в туннелях, братьям нашим меньшим? – Спросил Лобановский.
– В принципе могут, – пожал плечами Дофинов. (Я лично так не считал; у меня джипсы ассоциировались только со смертельной опасностью в воздушно–космическом бою, а в подземном царстве, как мне казалось, джипс человеку не страшен.)
– Парни ведь неплохие эти американцы, – продолжал сердобольный Лобановский. – Согласились на такую опасную миссию… А ведь не обязаны были!
– Они там в Америке вообще безрассудны, как демоны. И жизнью, считай, не дорожат, – сказал Княжин. – Плюс эта их нездоровая набожность.
– Не знаю, – поспешил закрыть скользкую дискуссию я. – Лично мне в Америке бывать не доводилось. Судить мне трудно… Зато точно могу сказать, что ягну уже засекли эти сейсмические волны и всполошились. Поэтому если мы сейчас же не разойдемся по машинам, к нам на утренний кофе наверняка завернет пара голодных комтуров.
– Чур меня! – Пак широко перекрестился.
Впервые за трое суток мы поднимались на борт своих истребителей штатно, без спешки.
Техники возложили на нас наши доспехи – новейшие скафандры «Гранит–3» .
Едва слышно жужжащие сервоприводы вознесли нас в кабины.
Что–то бормоча под нос про страшный сон, который наяву, старшина Переплетов заменил нам на левом внутреннем подкрыльевом держателе