На корабле полдень стр. 247
минимум шестеро бишопов ухитрились просочиться к стоянке уцелевших «Андромед»!
– Княжин! Послушай! Постарайся протянуть как можно дальше на восток… Слышишь?
– Слышу… Только смысла не пойму, – отозвался Княжин.
– Смысла до хера! – Случается, что от волнения я начинаю ругаться. – Чем дальше на восток ты протянешь, тем меньше вероятность, что тебя там прикончат ягну… бишопы эти… сам их, что ли, не видишь?
– Теперь вижу, когда вы сказали.
Нас осталось трое – я, Цапко, Дофинов.
Нас трое, а вражеский десант уже режет бронированные двери Лиловой Башни плазменными резаками!
И, тысяча чертей, кто бы сомневался, еще одна ударная группа на подходе! «Мама, роди меня обратно!»
Но в бою командир должен командовать. А не маму уговаривать.
И я, влекомый силою героического архетипа, выпалил в эфир:
– Атакуем наземные цели! Тип: бишопы. Координата уже совпадает с Лиловой Башней…
– Так мы ж ее взорвем, – вяло заметил Цапко. – Не жалко?
– Отставить разговорчики! – Рявкнул я. – Бьем по бишопам, а не по башне!
Я первым подал пример. По–цирковому зависнув вниз головой на стопятидесятитонном «Орлане», благо ревущие маневровые дюзы позволяли это, я всадил в самого жирного бишопа два снаряда из «Настурции».
От первого попадания тот как будто вдруг сложился внутрь,
а от второго превратился в облако искристых голубых брызг.
«Будет знать, как связываться с эндоскелетными!»
Мой дуплет был так точен, что не пострадало даже крыльцо с крылатыми быками шеду, на котором мои снаряды настигли тварь. Ну, почти не пострадало.
– Глаз – ватерпас, – одобрительно отозвался Цапко.
Надо сказать, его залпы тоже были нестыдными.
Он, правда, снес одному из крылатых быков башку. Но зато разделал сразу двоих бишопов!
Уцелевшие спецназовцы ягну прыснули в стороны как осьминоги на теплой отмели.
Дофинов послал по ним очередь импульсов из своего «Гераклиона». Но, кажется, не зацепил ни одного.
– Слушай, командир, – неожиданно обратился он ко мне. – У меня же на «Громобое» защитное поле и целых два блока «Оводов» еще… Вы тут, похоже, и без меня прекрасно справляетесь… А я бы лучше задержал комтуров. Разрешение даете?
– Даю, – коротко ответил я.
Я знал, что такие субчики как Дофинов, субчики, находящиеся, так сказать, «на особом счету», слушаются приказа только тогда, когда им этот приказ нравится. Вне зависимости от того будет у него мое позволение или нет, Дофинов всё равно сделает то, что посчитает нужным…
В общем, если бы не это, я бы сказал Дофинову твердое «нет».
Он бы «лучше задержал комтуров»! Леонид и триста спартанцев в одном флаконе!
Но самое неожиданное было в том, что Дофинов их действительно задержал!
Он рванул к ударной группе врага на скорости в три Маха. Да так, что облако от эффекта Прандтля–Глоерта – конденсации водяных паров на границе сверхзвуковой ударной волны – распахнулось вокруг его «Громобоя» белым щитом едва не на полнеба.
От такого зрелища даже у меня, бывалого летуна, слегка захватило дух.
А когда ягну вжарили по наглому «Громобою» из десятка позитронных лазеров, к белому облачному щиту прибавилась еще ослепительная радужная корона.
И вот из сердца этих бесконечно фотогеничных оптических феноменов вылетели двадцать огненных дротов – ракеты