Библиотека

На Олимпе стр. 138

Размер шрифта
-
+
Тема

также пострадал от арматуры и скончался. Но я-то пока жив! А уж как я люблю эту самую жизнь, говорить не буду, и так понятно.

Боль была страшная. Она не нарастала и не слабела. Она просто была ужасной. Дышу через раз, говорить не могу, да еще и рука левая какая-то, словно не моя… Черт, это что, паралич? Да лучше, блин, сдохнуть, чем овощем лежать. Полежал уже, наслышан. Ребята в подробностях рассказывали, как я провалялся в коме четыре года. Больше не хочу.

В следующий раз я очнулся, видимо, в больнице. Кругом было чисто, но воняло так, как может вонять только в больнице. Попробовал покрутить головой. Не вышло. Вновь нарастает страх… Нет, это всего лишь гипс. Я упакован как мумия, кажется, только лицо не в бинтах.

– Ох, какая же это мука – лежать овощем! – я вздохнул чересчур сильно и вновь потерял сознание.

Новое пробуждение принесло очередную вспышку боли и дурацкие мысли. Червячок сомнения так и зудел: «Во дурак, отказался от бонусов, теперь наслаждайся!»

Лицо Оливии было печальным. Дети плакали, черт, что, умираю, что ли? Вроде ухудшений нет, чувствую себя так же, больным, но живым.

– Любимая, мы где? – проскрипел я, чуя, как каждое слово режет грудь.

– Молчи, тебе нельзя говорить! – тут же зашипела жена. – В больнице, здесь, в Германии. Тебя нельзя перевозить, но думаю, и не нужно. Здесь хорошие врачи, а к тебе вообще лучших привезли. Они правительство лечат, хорошие люди, все сплошные профессора.

– Да ладно, бог с ними, – закрыв и открыв глаза, прошипел я, – чего говорят-то? Только правду! Подыхаю?

– Много повреждений, но думают, что выберешься. Серьезно, я думала, меня утешают, но они хорошо все объяснили. Все радовались, что у тебя хорошее тело, то есть показатели в норме, для своего возраста, ты очень здоровый человек.

– Это последствия «бонусов», я ж не болел ничем. Вот и сохранился. Ладно. Все же, чего я поломал-то? А то болит… Да все болит.

– Легкое задето, удалили часть, так сказали. Удар был сбоку, серьезно повредило руку и чудом до сердца не дошло. Уж извини, но скажу прямо, с гонками все…

– Да я уже понял. Руку собрали? Или отрезали?

– На месте, но работать будет плохо. Поэтому и сказали, что больше гонять ты не сможешь. Подвижность нарушена серьезно.

– А и ладно. Я взял титул?

– Да, конечно, чемпион! Только неужели это того стоило?

– У тебя есть мечта в жизни?

– Ты воплотил все мои мечты! – выдохнула Оливия. – О большем я и не мечтала.

– Ну вот и у меня была мечта. Точнее, я много чего хотел, но это… Это еще с прошлой жизни, родная! Я с детства мечтал об этом.

– Тут к тебе люди без конца идут, а один так и вовсе не уходит…

– Кто же кроме вас, любимых, может так хотеть меня увидеть?

– Мальчишка этот, что с командой ездит… – ага, Лоренцо здесь! – Оливия его мальчишкой зовет, но ему уже двадцать один вроде.

– Позови, – просто сказал я. Блин, еле говорю, а все туда же.

Мальчишка этот, Лоренцо, прилип к команде еще в пятьдесят втором. Именно он все эти годы верил, что мы станем чемпионами. А я знал его трагическую судьбу из прошлой жизни. Парнишка постоянно

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.