На перекрестках фэнтези. Сборник фантастических произведений стр. 122
было не суждено. Его пальцы быстро соскальзывали, но он успел прохрипеть:
— Что ж, не повезло тебе, краснокровный. Погибель пришла раньше, хотя всё равно шансов не было… — На тёмных губах мелькнуло подобие улыбки. — Никто, кроме меня, не поймёт твоего отчаяния, ибо никто не поймет куклу, только другая кукла…
На этих словах Баструп сорвался. Падал он без крика, глубинное безмолвие колодца нарушали только шаркающие удары о стены, но вскоре все стихло.
Вот оно! СЛУЧИЛОСЬ!!
Даймон испуганно отскочил от края бездны и, затаив дыхание, стал прислушиваться к себе.
Сердце работало, лёгкие вздымались. Организм пока не умирал, видимо потому, что Баструп ещё жив. Он ещё падал! Ведь храмовый колодец очень глубокий…
— Бездонный, — произнесли губы Даймона.
Он вылетел на улицу, позабыв о гравилёте. Ему было плохо. Ему требовался приказ, но хозяин сгинул, и помощи ждать было неоткуда. Неизвестно, сколько времени будет падать орк. Но именно столько времени отпущено Даймону для жизни.
Сегодняшней ночью небо над Гарнизоном было чёрное и непроглядное. Форт гудел и светился огнями. Два патрульных катера кружили над селением, ощупывая улицы лучами прожекторов. Даймон бежал между домов без оглядки, совершенно не представляя, куда бежит и зачем. Возле окраины селения он налетел на околицу и, с грохотом разломав её, провалился в кусты. И надо было такому случиться, что околица оказалась ему до боли знакомой.
На шум из дома выскочили фермер-свекольник и его жена, страстная любительница крысокошек. Пара питомиц тоже прибежала следом.
— Ох, вот так дела! — пробормотал свекольник, озадаченно почесывая бороду.
— Нечего охать! — одернула его Римма и наклонилась над распластавшимся юношей. — Что случилось с тобой, Даймон? Постой, что это… кровь? Ты ранен?
Даймон что-то залепетал в ответ и задергался в нервных судорогах. Он не узнал женщину, которая так и не стала его тещей.
Она провела ладонью по его лбу, векам, пощупала какие-то точки за ушами и под волосами.
— Что-то с тобой не так, — задумчиво произнесла она. — Надо перенести его в дом. Адам, поддержи с той стороны, а я возьму с этой… А вы что уставились?! — Вопрос Риммы относился к дочерям, которые столпились на крыльце. — Идите все прочь!
Перенеся юношу в спальню и уложив его на кровать, она прогнала всех из комнаты, включая недоумевающего мужа и шипящих крысокошек. Заперла дверь, затем проворно разрезала одежду Даймона и сбросила её на пол.
Теперь, когда он остался абсолютно голым, стало ясно, что кровь была только на руках и коленях юноши. Столь же ясным оказался факт, что кровь была чужой. Теперь Римма ощупала юношу тщательнее: начав с головы и шеи,
она прошлась по телу, коснулась мошонки, изучила руки, бёдра, голени и закончила на пятках. Все это время Даймон нервно дергался и шептал, чтобы ему отдали приказ. Римма добросовестно исполнила просьбу и приказала ему заткнуться, пока она занимается делом. Однако это не подействовало, и Даймон продолжал будоражить её и себя бестолковым бормотанием.
Закончив обследование, она встала над ним, задумчиво растирая свои ладони маслом с едким запахом:
— Сдается мне, Зверолов-младший, что болезнь твоя находится не в физическом теле.
И едва она отвернулась, чтобы окунуть в таз с холодной водой полотенце, как случилось то, что было отсрочено но должно прийти неминуемо. У бездны