На перекрестках фэнтези. Сборник фантастических произведений стр. 386
лет. А в благодарность я предал своего друга! Мир исчезал в пустоте, а смерть ко мне не шла. Демьян… Ты все ещё ждешь меня? Я все ещё брат тебе? Проклятье…
Я живо представил себе одинокую фигуру друга, сидящую у Шара и жадно ловящую любой звук, в надежде, что это пришёл его единственный оставшийся в живых товарищ. В течение шести лет… Без перерыва! Твою мать…
— Войскам отступать в горы. В бой не вступать, — отдал приказ я. Не знаю, как выкрутятся командиры моих легионов. Это уже не моя забота…
— Есть, милорд…
Я обернулся ему вослед и долго глядел на далекий горизонт, который ещё не пожрала пустота. Я стоял и всей душой впитывал свежесть горного воздуха, голубизну спокойного неба и тепло нагретых солнцем камней. Мне будет этого не хватать…
Резко выдохнув, я вошел в пещеру. Пришел мой черёд. Я в долгу перед миром. Впрочем, чихать мне на него! Демьян, как я перед тобой виноват, брат… Простишь ли ты меня? Я знаю, ты ещё жив. Я чувствую это! Но простишь ли ты? Прости меня… Мой страх оказался сильнее нашей дружбы!
Знакомые своды давили на меня словно гигантская, презрительная длань Богов, решивших раздавить смертного. Раньше я бывал здесь по два раза в год… Раньше…
— Клаус, это ты? — раздался слабый, преисполненный надеждой и отчаяньем голос Демьяна.
Сердце рванула острая боль. Он ждёт меня. Он всё ещё ждёт меня! Какая же я тварь. Прости, брат!
— Клаус?
Глубоко вздохнув, я протянул руку к Шару.
— Клаус? — лицо Демьяна встревожено обратилось на меня, и я уставился в его выжженные глазницы.
Положив руку на Шар, я с трудом оторвал ладони друга от шершавой поверхности его проклятья.
— Прости меня, брат, — глухо проговорил я, стараясь не разрыдаться. Как же мне сейчас плохо… — Прости, что пришел так поздно.
— Клаус?! Ты чего делаешь? — он попытался схватить Шар, но я оттолкнул друга и вцепился в кровавый камень. Как же Демьян ослаб… Обтянутый кожей скелет…
Мир пошатнулся, и я, не выпуская Шара из рук, рухнул на пол.
Я видел пустоту. Она замерла у границы с чудесным сосновым бором. Солнечные лучи играли на золотой коре деревьев свою последнюю сонату, легкий ветер гулял меж ветвей и раскачивал нежные, изумрудные иголки. Пустоте оставалось сделать лишь один шаг…
Но она отступила.
Мою душу переполнил восторг. Дикое счастье победителя. Подстёгнутая этим стена поползла прочь ещё быстрее. Заворожённый, я глядел, как из ничего возникают холмы и заброшенные деревни, леса и пустые города…
Когда я увидел выросшие из пустоты Ледяные Врата — то заплакал как младенец. От счастья… И от горя…
Демьян, ты же всё это время ничего не видел! Даже в Шаре ты был слеп! Проклятье!
— Клаус, брат, — я почувствовал у себя на плече руку друга. Голос Демьяна взволновано дрожал. — Клаус… ты все-таки вернулся… Клаус… — он сглотнул, — я… Я вижу тебя, брат! Боги, я вновь вижу!
— Прости меня, — прошептал я. На моих глазах Демьян наполнялся силой. Мой друг в изумлении оглядывал свое тело и улыбался. Он — улыбался.
Счастье ворвалось в мое сердце, и небеса разверзлись, проливая на землю дождь из слёз. Слёз радости…
— Расскажи мне про Ледяные Врата, брат, — неожиданно попросил меня