На перекрестках фэнтези. Сборник фантастических произведений стр. 458
или птичку на костре поджарить. Только при такой-то засухе зверьё да птицы как повымерли. Пришлось весь путь на сухарях сидеть. Измаялся изрядно.
Трактирщик быстро обернулся и принес разогретое жаркое. Несколько минут нежданный посетитель молча поглощал горячую еду. Потом не утерпел и всё-таки спросил:
— А что же за заклятие наложено на вашу принцессу? Если простенькое, так можно было бы без свадьбы с каким-нибудь благородным рыцарем договориться.
— Наш король имеет средства. Да ты сам, раз мимо замка проезжал, всё видел. Сколько колдунов и магов золотишко за лечение получили, и не сосчитать! Правда, деньги всё равно в казну вернулись. Наш король богат, но не дурак. Жуликов, пройдох, обманщиков вон из дворца пинками гнал.
— Неужели столько чародеев не смогло с принцессы заклинание снять?
— Да разве ж где сейчас найдешь настоящего чародея? Мелочь всякая… — Трактирщик презрительно сплюнул. — Разве ж им по силам настоящую волшбу сработать? Нет, только лапшу на уши вешать да золото клянчить горазды.
— Ну а тот, что принцессу заколдовал? Тоже жулик?
— Нет. Этот настоящий, — горестно вздохнул трактирщик. — Потому никто расколдовать и не сумел.
— Что же он такого сотворил? Я с первого взгляда ничего и не заметил.
— Это потому, что с первого. Чтобы понять, хотя бы пару раз взглянуть надобно. — Разделило её колдовством на две половинки.
— Это как это — разделило?
— А вот так. Душа принцессы на две части разделилась — тёмную и светлую. И не могут они меж собою встретиться. Потому принцесса злющая как черт — при свете дня и добрая как ангел божий — ночью.
— Вон оно что… — протянул посетитель, отставляя в сторону довольно быстро опустевшую тарелку. — И как же ей, бедняжке, тяжело живется…
— Да ей-то ничего, вот слугам и его величеству приходится несладко. Две половинки даже не догадываются друг о друге. Ночная ничего не помнит о дневных проказах, и наоборот. Хотя, конечно, тяжело жить половиной жизни, но всем остальным гораздо хуже.
— Обидно, что добрая принцесса спит почти всю свою жизнь.
— А разве кто-нибудь когда-нибудь слыхал о справедливых заклятиях или проклятиях? Они есть зло, милостивый государь, поэтому неудивительно, что добрая принцесса спит, а злая бодрствует.
— И кто же этот чёрный маг?
— Да в том-то и проблема, милостивый государь, что никто не знает. Если б имя было королю известно, он бы как-нибудь нашел на мерзавца управу: или откупился бы, или сыскал бы рыцарей, готовых если не за славу, то за злато покарать злодея. Только так и неизвестно, кто он. То ли помер, то ли просто позабыл он про свое проклятое заклятие, но никто
о нём не слышал. И никто из магов, приходивших ко двору, не смог определить, откуда взялась эта напасть.
— Что ж, печальная история. Спасибо за рассказ и угощение. — Нежданный посетитель протянул трактирщику монету.
Рассмотрев её поближе, толстяк понял, что ему вручили не привычную медь или редкое серебро. Полновесный золотой.
— Должно быть, вы ошиблись, милостивый государь, у меня не наберётся для вас сдачи.
— И не надо. Собери мне что-нибудь в дорогу. Я сегодня уезжаю.
Когда нежданный посетитель подошел к дверям с закинутым на левое плечо мешком с уложенными в спешке яствами, способными перенести все тяготы дороги и при этом не испортиться, трактирщик