На перекрестках фэнтези. Сборник фантастических произведений стр. 483
одно только полупрозрачное покрывало. Кожа белая, нежная, аж светится! Глаза глубокие, страстные, манящие… Ножки стройненькие, ручки нежные, грудь… Чего? Ну, ребята, вы уж совсем! Как же я вам фигурку-то её опишу?! Вот ежели поймёте, могу руками показать — видите? А-а-а!!! Чего раскраснелись-то? Хе! Самих потянуло, да? Вот, то-то!
Кто сказал, не бывает таких?! Ты, что ль?! Да ты вообще хоть каких-нибудь видел-то? В твои-то годы! Вон, гляди, мимо идёт! Что значит: «ничего особенного»?! Женщину нужно уметь и под такой одеждой видеть! А ежели в прозрачном покрывале, так и ты, рожа кривая, небось, красавицей кому-нибудь покажешься!
Да ну вас совсем! Опять отвлекли меня, старого…
Короче говоря, как увидел её рыцарь, так и замер, словно молнией поражённый. А она медленно так подходит к нему, неспешным шагом, и покрывало на ней развевается… Подходит она к нему и говорит, что, мол, всю жизнь его ждала, что давно уже мечтала о таком красивом и отважном рыцаре, что готова принадлежать ему навечно. И, мол, ехать дальше ему не следует, потому как она сама краше и милее любой пленницы-красавицы.
Ну, рыцарь, может, сразу-то и не догадался, что всё это — колдовские наваждения. Но предложения её решительным образом отверг. Ещё чего! Там, понимаешь ли, девушка дожидается, красота которой магией навечно сохранена, а тут?
Незнакомка-то, спору нет, — прелесть! Но, это сейчас! А двадцать лет пройдёт? А тридцать? Тогда что? Вот, то-то и оно!
Кто сказал: «дурак он»?! Опять ты?! Ну, чего ты встреваешь, старших перебиваешь-то?! Много в жизни повидал, что ли? У меня самого жена красавицей была! Пятьдесят лет назад… А сейчас… Ладно, не отвлекайте меня!
Короче говоря, отказался рыцарь от всех заманчивых предложений. Горько заплакала тогда красавица, лицо ладошками закрыла, слёзы на дорогу роняет. В смысле, на жалость давить начала! Но рыцарь был — человек слова! Сказано, красавицу из плена выручать — всё! И хоть ты тут посередь дороги улягся — не остановишь! Тем более, ежели всё, что ему рассказали, правда, то пленница была из рода самого Принца. А тут, сами понимаете, наследство, спорные вопросы всякие… Опять же — замок Принца, что в столице стоит, земли, казна государственная… Ну, и прочие там мелочи, наподобие семейного счастья и вечной любви аж до самого гроба.
Погнал опять своего коня рыцарь. И даже оборачиваться не стал. Потому и не видел, как рассыпалась за его спиной коварная обольстительница золотистой колдовской пылью. И вот впереди уже виднеется мрачный и страшный Дворец колдуна-разбойника. А на дороге перед ним пыль столбом поднимается.
Это уже не шутки, это сам колдун-злодей на бой вышел! Видит, окаянный, что не удаётся ему с пути отважного рыцаря сбить, вот сам и решился изничтожить героического странника! Латы на колдуне-разбойнике чёрные, света звёзд совершенно не отражают, словно сгусток мрака несётся навстречу. За спиною его плащ развевается, весь страшными рожами разрисованный… Какими именно рожами?! А вот, пойди, на трактирщика нашего глянь! Видел? Так вот те рожи раза в два страшнее будут!
Конь колдуна-разбойника злобный, глаза жёлтым пламенем пылают, зубы острые, сверкают в ночи, словно ножи! Тут и никакого меча не нужно, этакая лошадка зубами хватит — мало не покажется, что ты! Однако в