На родном Оилтоне стр. 116
незаметно и празднично. И скоротечность времени я заметил лишь после появления в поле моего зрения главного распорядителя. Он что-то спросил у Цой Тана, но тот лишь кивнул головой в мою сторону. Передавая окончательно бразды праздника в мои руки. Через несколько мгновений тень метрдотеля сместилась ко мне, и раздался спокойный голос:
– Ваша Светлость! Садалинии прибыли и готовы танцевать!
– Прекрасно, так почему не начинают? – не понял я.
– По правилам нашего ресторана они должны танцевать только для тех, кто оплачивает представление. Поэтому мы можем отгородить ваши столы стеной от общего зала. Здесь тоже имеется небольшое возвышение для выступления.
– Нет! – тут же решительно возразил я. – Пусть танцуют для всех, на большом подиуме!
Мне вспомнился тот день, когда здесь праздновали трёхсотлетие ресторана. И кое-кто из гостей заказал двух Садалиний в небольшой зал с другой стороны. Как тогда я внутренне возмущался их желанию в малой компании насладиться тем, что с упоением мечтает увидеть каждый посетителей. Может именно тогда, я и подумал, что если мне удастся заказать этих богинь танца, то пусть смотрят все. Все, у кого будет возможность.
Но главный распорядитель оказывается, ещё не всё выяснил:
– По тем же правилам, когда Садалиний прибывает в ресторан больше трёх, они танцуют два раза. Сольно и всей группой. Вам надлежит выбрать: в какой очередности бы вы хотели посмотреть эти выступления?
– Да? Интересно! Мне кажется, лучше будет, если мы каждую вначале оценим индивидуально, а потом полюбуемся квинтетом. Только….
– Что ещё?
– Мог бы я сделать объявление на весь ресторан перед началом одиночных, а потом и перед общим выступлением?
– Конечно! Это – ваше право.
– Тогда подайте мне знак, как только первая Садалиния будет готова появиться на подиуме.
– Хорошо! – и после двух секундной паузы: – Она уже готова!
Время как раз перевалило за полночь. Наш небольшой зал, как и все посадочные места ресторана, заполнился полностью посетителями. Под лёгкую камерную музыку присутствующие наслаждались подаваемыми деликатесами и общением друг с другом. Стоял небольшой гул, в котором трудно расслышать отдельно сказанные фразы и редкие восклицания.
Члены нашей компании сразу затихли, и сосредоточила не мне свои взгляды, лишь только я встал с бокалом в руке. В тот же момент звуки камерной музыки растаяли бесследно, где-то в переплетении потолочных огней. И от нас покатилась некая волна тишины. Все остальные посетители, по мере её продвижения, поворачивались к нам и замолкали. Желая расслышать каждое сказанное мною слово. Вот как здорово быть знаменитым. Даже не приходится колотить вилкой по бокалу, пытаясь привлечь к себе внимание. Популярный во всех слоях общества барон мог говорить и не особо напрягая голос:
– Дамы и господа! Сегодня в жизни моего друга знаменательный день. Сегодня он уговорил прекрасную Амалию стать его невестой. И получил от неё согласие. И что бы этот день запомнился не только ему, граф Шалонер решил сделать весьма щедрый подарок и нам, его друзьям. И не только нам! Но и всем здесь собравшимся гостям этого лучшего в нашей столице ресторана. По его приглашению, – далее я стал говорить отдельными словами, словно заправский конферансье: – Сейчас! Выступят! Самыё лучшие танцовщицы Вселенной! Знаменитые! Садалинии!!!
Пока я говорил, средняя часть подиума утопилась вниз. А лишь только я уселся