На семи ветрах стр. 52
в колхозе нет, — заметил Саша. — А без неё не обойдёшься.
— Это поправимо, — успокоила Варвара Степановна. — «Коммунар» выручит. Думаю, что мы не зря с Просековым о помощи договаривались.
После такого разговора ребята, довольные, ушли от учительницы. Всё складывалось как нельзя лучше. Федя даже представил себе, как он собирает отряд корчевальщиков, как приходят к школе тракторы, бульдозеры, подводы и вся эта армия движется к Ерёминой пустоши. Ребята рубят кустарник, корчуют пни, выдирают корневища, срезают кочки. А потом всё старое и непригодное сжигается в кострах, земля очищается огнём и железом и, словно омоложённая, готова принять в своё чрево семена. На свете всё, наверное, начинается с раскорчёвки и очистительного огня…
— Ты чего улыбаешься? — с недоумением спросил Улька, заглядывая Феде в лицо.
— А так… Про корчёвку думаю. Вот костры разведём — отовсюду видно будет.
Но прошла почти неделя, а с Ерёминой пустошью ничего не получалось.
Когда Варвара Степановна пошла договариваться с Фонарёвым о раскорчёвке пустоши, тот заявил, что ребятам нет никакого смысла связываться с этой землёй — почва тяжёлая, чистый лесной суглинок — и хлеб на ней расти не будет.
Узнав об этом, ребята приуныли. Неужели они так и останутся без своего поля?
— Тогда вот что, — подумав, посоветовала Варвара Степановна, — скоро у нас будет своя агрохимлаборатория. Давайте проверим эту землю на Ерёминой пустоши. Так ли уж она плоха. Возьмём пробы почв, сделаем химические анализы, узнаем, чего не хватает земле.
— Зимой пробы брать? — удивился Улька. — Так снег же в поле.
— Это верно, время не очень подходящее. Но до весны ждать нельзя. Да и привыкать вам надо, раз за агрохимию взялись.
И Варвара Степановна попросила Федю и Настю съездить в ближайшее воскресенье в город и купить в магазине «Химсбыта» кое-какие недостающие для почвенных анализов реактивы.
Глава 20
В воскресенье утром Федя с Настей встретились на улице.
— На станцию пойдём или попутную машину перехватим? — спросила Настя.
— Лучше голоснём, — сказал Федя.
Они дошли до поворота дороги и стали поджидать машину. Но почему-то шофёры не останавливались.
Вдруг Федя заметил у колхозного сарая грузовую машину. Около машины стоял шофёр Клепиков и о чём-то разговаривал с кладовщиком.
Федя подошёл к шофёру и попросил довезти их до города.
— Не по пути, Федька, — поморщился Семён. — Да и место занято. — Он кивнул на сиденье рядом с собой, где уже сидела жена кладовщика.
— А мы и в кузове можем, — сказал было Федя, но Семён уже завёл мотор и ничего не услышал: машина тронулась.
Из-под колёс полетели ошмётки снега. А Настя уже устроилась в кузове машины и
махала Феде рукой.
Ему ничего не оставалось, как догнать грузовик и, ухватившись за борт, забраться в кузов, который был чем-то наполнен до самого верха и прикрыт брезентом.
Машина выбралась на шоссе и затряслась по обледеневшим булыжникам — Семён любил езду с ветерком.
Федя, нахлобучив на уши шапку и подняв воротник куртки, прилёг на брезент, поближе к стенке кабины, но всё равно от ледяного ветра и колючей снежной пыли было холодно.
— А давай брезентом укроемся, — предложила Настя.
Они потянули брезент на себя и увидели под ним порошок сероватого цвета.
— Что это? — недоумевая, спросила Настя. — Похоже на минеральное удобрение?
— Оно самое… суперфосфат.