На хвосте удачи стр. 102
лови рукой на уху! Шестеренка должна быть крупной, но как тут найдешь, еще и пот стекает со лба и копится на бровях, ресницах, никакой возможности смахнуть его. Стекло иллюминатора запотевало от дыхания. Легкие обжигало огнем. Как же он не догадался – проклятый механик попросту захотел его утопить!
Эндрю споткнулся за кораллы, упал. Заскреб руками-ногами по дну, как тот краб, хотя знал уже, что не подняться. А это… что? Неповоротливые толстые пальцы перчаток сомкнулись на чем-то темном, ребристом…
И Эндрю почувствовал, как его дернуло кверху. Дернуло и сначала рывками, а потом плавно начало поднимать наверх, к свету, солнцу.
К воздуху.
…Мокрый от пота и от протекшей воды, он глубоко, с наслаждением втягивал воздух и наблюдал за механиком, ползающим по расстеленному на платформе костюму: Ведекер тщательно ощупывал и оглядывал свое драгоценное изобретение. Бормотал:
– Вот здесь протекло, ясно, надо крепче швы… и болты не выдерживают давления…
– Вон твоя шестеренка. – Эндрю показал на драгоценную деталь, лежавшую в опасной близости от края платформы.
Механик рассеянно поглядел на нее, сказал: «Да-да», – и вновь принялся обследовать костюм. Это заставило Фокса крепко призадуматься: уж не столкнул ли ее Ведекер специально? А может, шестеренка вообще ему не нужна? И если б не подвернулся дурачина Фокс, нашелся бы другой дурак… да тот же Хуан Кабо – чтобы испытать новое ведекерово детище.
Оставив механика наедине с его сокровищем (уже двумя сокровищами, если учесть миллион дублонов), Эндрю побрел в Город.
Похороны «касперов», Хилла, Арно и ее Томаса назначили на завтра. А сегодня Уоркман пообещал объявить все горожанам. Очень хотелось надеяться, что те не хлынут разом на новехонький корвет и от радости его не потопят. А еще предстояло проверить и обновить все запасы – от еды и воды до снастей и такелажа… Вызвать на переговоры Каппера, что ли? На корабль-то он теперь попадет только на его, Фоксовых, условиях.
Но оказалось, что большого паломничества на корвет не предвидится: наберется разве что минимальная команда. Часть горожан уже не представляла себе другой жизни, часть не верила, что Город может затонуть в следующий шторм – с чего это вдруг? Те, кто собрался уплывать, понесли свои нехитрые пожитки и запасы на «Сан-Габриэль». Сесиль вызвалась обеспечить уплывающих едой и водой, пара моряков – проверить состояние и вооружение «Пса войны».
Эндрю заглянул на «Доблесть»:
– Давай-ка прогуляемся, Нэтти, к нашему милейшему мэру.
Парень с явной неохотой оторвался от сумок, за которыми бдительно присматривал.
– Обговорим наши доли, громмет, – предложил Эндрю на ходу.
– Что, мне опять половину обычной доли?
– Раз мы не обговаривали заранее распределение добычи, думаю, будет правильным, если мы с тобой все поделим поровну.
Нэтти чуть не подпрыгнул на шатком мостике.
– Да!
– Поровну, – повторил Эндрю с нажимом. – Знаешь, что это значит, Нэтти? Что ни один не утаит от другого ни гинеи, ни камешка. А кто утаит, у того следует вырвать ноздри и уши!
Нэтти шел рядом, но смотрел в сторону, Эндрю было видно его покрасневшую щеку.
– Таковы наши законы, Нэтти.
Юнга неожиданно остановился, пошарил в кармане куртки и протянул на ладони крупную молочно-белую жемчужину. Сказал тихо:
– У меня кольцо обручальное с жемчугом… было. Почему сразу не сказал, когда заметил?
Фокс покатал