Библиотека

На хвосте удачи стр. 13

Размер шрифта
-
+
Тема

читать и однажды поразила отца Модестуса до глубины души, когда, забравшись с ногами на скамью, водя пальчиком по строчкам, прочла вслух полстраницы книги.

Три десятка лет назад отец Модестус был полон честолюбивых намерений обращения в христианскую веру дикарей и усмирения мятежных настроений сосланных преступников. Жаркая полусонная атмосфера тропиков, остров, на котором не происходит никаких событий, кроме традиционных пьяных драк моряков в таверне, маленький монастырь с пятью монахами да четырьмя послушниками, десяток школьников, не проявляющих никакого интереса к учебе, бутылочка канарского вина, иногда по вечерам распиваемого с приятелем Жан Жаком Мартелем (а ведь тот протестант!), – вот и все, что осталось от грандиозных планов молодого священника.

Приор начал заниматься с Нати разве что ради забавы, но жадный, пытливый – совсем не женский – ум маленькой испанки подтолкнул его к дальнейшему обучению: латынь, история, языки, арифметика. Они изучали небесные тела и даже, с помощью брата Ионы, однорукого моряка, пытались освоить компас, квадрант, обсервацию и счисление пути судна по карте.

Иона, бывший пират, славился своим нелюдимым нравом. Некоторые полагали даже, что отец Модестус наложил на него покаяние в виде молчания. Но Нати сумела разговорить и Иону. Девочка и старик частенько сидели на низкой каменной стене монастыря, наблюдая за кораблями в гавани. Моряк отвечал на бесчисленные вопросы, иногда и сам увлекался, рассказывая истории, приключившиеся с ним самим, а также с его другом, а также с другом его друга…

Подперев подбородок кулаками, Нати слушала про шторма, кровожадных язычников-индейцев и не менее кровожадных пиратов, секретные клады, Летучего Голландца, Морского Змея, иногда появляющегося из моря и уносящего с палубы зазевавшихся моряков. С какой же неохотой ей приходилось возвращаться потом к урокам латыни, испанского и английского! Правда, отец Модестус часто хитрил и привязывал учебу к корабельным и торговым делам: он уже убедился, что перечисление товаров, которые нужно продать в Мэйне – непременно расхвалив их на испанском, – гораздо лучше укладывается

в ее голове, чем просто список заданных слов…

Со временем приор не на шутку озаботился судьбой своей духовной дочери: такое сокровище не должно достаться простому лесорубу или рыбаку! Ведь отец ее, пусть и испанец, был грандом, да и мать тоже дворянка. Впрочем, когда Жан Жак раскрыл ему свои планы, отец Модестус успокоился. Хотя планируемый брак сочли бы мезальянсом во Франции и уж тем более в Испании, принятое решение было разумным и практичным. Оставалось лишь укротить вспыльчивый нрав девицы.

Не подозревая, что судьба ее давно решена, Нати размышляла совершенно о других вещах. Ох, не зря женщинам не следует учиться, чем только они не забивают свои хорошенькие пустые головки!

Со временем – из обмолвок и рассказов – Нати сообразила, что брат Иона не обычный моряк. На прямой вопрос, который Нати догадалась задать наедине, она получила такой же прямой ответ. Правда, бывший пират добавил, оправдываясь:

– Но я раскаялся, и отец Модестус разрешил мне остаться здесь, укрыв от моих собратьев и от суда людского. Я был послушником четыре полных года! И каждый день молил Господа простить меня за все злодеяния, которые я совершил. А сейчас молю о том, чтобы мои бывшие сотоварищи одумались тоже… Хотя наверняка их мало осталось. В живых то есть.

Нати

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.