На хвосте удачи стр. 136
шагом двинулся к фрегату. В темноте прозвучал его зычный голос:
– Эй, на «Мiséricorde»!
Видно было, как с кормы на нос, покачиваясь, двинулся фонарь.
– Чего орешь? – недовольно спросили сверху.
– Офицеры на палубе есть?
– Нет, я один. Чего они тебе понадобились среди ночи?
Лис подбавил в голос нетрезвых нот:
– Да не нужны мне никакие офицеры, приятель! Выпить хочешь?
– Что?
– Мы тут по соседству дежурим – на пиратской черепахе. – Лис махнул рукой на шхуну.
– Не знал, что ее охраняют…
– Вот и мы не понимаем, кому эта развалина нужна! Тоска смертная, мы с Хосе друг другу до смерти надоели, даже бурдюк одолеть не можем.
Пауза.
– Поди бурда какая?
Лис вновь рассмеялся.
– Бурда, не бурда – какое уж у папаши Карлоса имеется… Хосе, сбегай-ка за вином!
Шустрик и в мыслях был шустрым – сразу поняв, он побежал в кусты за корзиной, которую прихватили с собой рачительные корсары. Бурдюк уже изрядно похудел – команда тоже не теряла времени даром.
Когда Шустрик вернулся, прижимая к себе вино, вполне можно было по темноте представить, что он прибежал с «Красотки». Испанцы – истинный и мнимый – меж тем вели дружелюбную беседу. Лис уже успел выяснить, что завтра «Мiséricorde» выходит в море: вода, еда и порох с ядрами уже на борту, осталось догрузить товары…
– Ну что? – Лис призывно потряс бурдюком. – Мы к тебе или ты к нам?
Вахтенный, как и бедняга Бруно, был солдатом честным, хотя тоже не мог противиться искушению. Сказал извинительно:
– Не положено, братцы, подниматься на борт посторонним.
– Никаких обид! Спускай сходни и иди к нам! Тут до утра всем хватит.
Фокс с показательным удобством уселся под бортом у корабля, сделал громкий глоток из бурдюка, правда, проливая больше, чем глотая. Вино точно бурда, но после полуголодной недели сразу дает в голову. Тишина… В ночном безмолвии громко заскрипели сдвигаемые сходни.
И Лис хлебнул еще раз – за свою удачу.
Нати подвело собственное беспокойство. Нет бы продолжать тревожно метаться и грызть пальцы от волнения – но дома! А она начала воображать, что Карла все-таки ее обманет, или что не обманет, но не сумеет задурить голову стражникам, или что поднимется шум, или что на «Красотке» сняли за день паруса…
Желание удостовериться в благополучном исходе становилось все невыносимее. Нати и сама до сих пор не замечала, насколько размеренное и спокойное существование ей так… осточертело!
Дело решило то, что она вспомнила про ацтекский божок Лиса. Надо успеть подкинуть его на шхуну!
Нати откинула крышку сундука, извлекла из-под кучи новой одежды (дай, Господи, здоровья
ее щедрому кузену!) штаны, рубашку и куртку. Их она стянула в первый же день прямо с веревки, на которой они сушились после стирки. Не то, чтобы Нати сразу замышляла побег – да она и сейчас никуда не убегает! – просто ей было не по себе без мужской одежды.
Штанины и рукава надо будет подвернуть, да и башмаков-сапог у нее нет, придется идти прямо в сафьяновых туфельках…
Если вообще удастся выбраться.
Удалось. Наверное, потому что с самого первого дня Нати изучила досконально весь дом и весь сад – даже свечи не понадобилось, хотя ночь была темной, безлунной. Самая удачная ночь для осуществления