На хвосте удачи стр. 140
не было у него никакого желания врать капитану, потому что он просто ответил:
– Он мой кузен.
Эндрю едва не промахнулся мимо стула: пришлось придержаться за его высокую резную спинку.
– Господи Иисусе!
– Я и уехал с Омори, чтобы разыскать свою испанскую родню. Я, правда, не знал, что Алонсо так близко, а вовсе не в Европе.
– И он тебя узнал?
– Узнал и признал, – устало подтвердил Нэтти. – И потому не отдал меня в тюрьму.
– Тогда ты определенно спятил! Найти своего кузена – могущественного, богатого, готового тебе помочь, и – бросить все это ради неверной корсарской удачи! Ты псих, точно!
Нэтти вздохнул перед вторым признанием:
– Я и не собирался бросать, думал, прослежу, чтобы вы удачно ушли, и вернусь. А тут этот… Ужик подвернулся.
– Да-а, скверно же мы тебя отблагодарили! Хочешь, ссажу тебя в первом же порту? Вернешься к Алонсо, объяснишь…
– Что объясню? – горько спросил Нэтти. – Как я украл его победу? Украл его доверие?
…И его невесту.
По лицу юнги текли крупные слезы – Нэтти даже не старался скрыть их или утереть.
Фокс поглядел-поглядел на это молчаливое горе, сказал мягко:
– Тогда напиши ему письмо, расскажи, как все было. Даже если он разозлится, все лучше, чем бесцельно гадать, куда делся его брат, или обвинять того в предательстве. А уж я прослежу, чтобы письмо дошло до адресата. И, Нэтти… – Он поколебался, но все-таки сказал не то, что намеревался: – Хочешь, я верну тебе твои рубины?
Нэтти скривил в улыбке губы:
– И карту?
– Ну, не стоит желать от жизни так много! – укорил его Лис. – Да, и спасибо за тотем, Нэтти. Кажется, это последний.
– И название у него все такое же непроизносимое?
– Ну нет! Это Майя́уэль.
– Мяу-мяу, – передразнил Нэтти. – Ну и чем он занимается?
– Она. Это богиня. Богиня плодородия, жена Патека́тля, бога трав и корней. Оба, кстати, ведают спиртным напитком индейцев.
– Тогда понятно, почему ты ей так обрадовался!
Лис засмеялся:
– Кстати, у Майяуэль должно быть четыреста грудей! Проверь.
Когда он в следующий раз заглянул в каюту, Нэтти вертел в руках золотую фигурку. Сказал сердито:
– Нету у нее четыреста грудей! Да они бы сюда и не поместились!
Лис засмеялся:
– Конечно! Разве может невежественный дикарь сосчитать до четырехсот!
– Ах ты!.. – и Нэтти запустил в него идолом.
Часть пятая
Теночтитлан и бог мертвых
Лис прочно осел в таверне Порт-Рояля. Стол, правда, выбрал поодаль от шумящей и гомонящей толпы корсаров. На взгляд Нати – один в один моряки с Тортуги, разве что в основном англичане. И ведут себя так же: кто проматывает недавнюю добычу, традиционно исчезающую в карманах хозяев кабаков и продажных женщин, а кто попросту заливает свои неудачи.
Чуть поодаль сидел один из таких неудачников. Неподвижно глядел в кружку: то ли за неимением линя измерял глубину напитка взглядом, то ли гипнотизировал пустоту, надеясь, что со дна ударит живительный источник. Как ни странно, занимал он целый стол один. Никто из служанок не спешил подлить ему кружку заново, наоборот, огибали, точно его и не было. Да и завсегдатаи не стремились с ним общаться. Нати заметила, как вновь вошедшие устремились было к свободным местам, но, разглядев сидящего за столом, резко сменили галс и приткнулись с краю