Библиотека

Над Кубанью Книга третья стр. 2

Размер шрифта
-
+
Тема

на них и беленькие пуговицы, натянувшие петельки. Кофточка становилась узка, — он заметил следы переставленных пуговиц.

— Почему ты молчишь? — тихо спросила Ивга.

Она прислонилась к его плечу. Миша снова смотрел на ее косички, петельки кофточки и мокрые пятна на ее груди — следы недавнего купанья. Мальчик отвел взгляд. Кони щипали траву, позванивая удилами. Ала-рик — второй курган — сегодня казался приземистым и убогим. Овсюжки колебались на его помятой вершине, и, наклонившись, как бы вслушиваясь, стоял скифский идол — каменная баба с плоским лицом и сложенными на животе руками.

— Ты когда же расскажешь мне тайну? — осторожно спросила Ивга.

— Сейчас все узнаешь, — сказал Миша, опускаясь на траву. — Помнишь, я болел в прошлом году?

— Помню. Ты тогда еще не ходил в школу.

— Правильно, — подтвердил Миша, — я простудился здесь, у Золотой Грушки.

— Ты хотел подсмотреть, как разлетаются отсюда ведьмы?

Миша отрицательно качнул головой.

— Нет здесь никаких ведьм. — Он помедлил и тихо добавил — Под этим курганом зарыты сундуки жилей-ских полков.

— Сундуки? — Ивга встрепенулась. — Те самые сундуки, которые искали Батурин, Шульгин?

— Те самые, — твердо сказал Миша.

— Как же ты узнал?

Ивга подвинулась к нему, и ее глаза заблестели.

— Ты помнишь, когда Мостовой переплыл Кубань и прислал свой приказ станице?

— Помню, помню. Ведь это было совсем недавно.

— В ту ночь сюда отвезли сундуки.

Он указал на яму, вырытую казаками жилейских полков, прибывших с германского фронта.

— Это очень интересно, — прошептала Ивга, наклоняясь вперед, — и ты до сих пор никому об этом не рассказал?

— Нет.

— А отцу?

— Нет.

— Маме?

— Нет.

— Петьке нашему?

— Тоже нет.

— Итак никому-никому? — Ивга схватила егоза руку. — Ты мне, девчонке, веришь больше всех?

— Да.

Ивга неожиданно поцеловала его в щеку и устремилась вниз. Миша погнался, схватил за плечи. Девочка обернулась.

— Не трожь! — сказала она, гибко выворачиваясь.

Мпша смутился и покорно выпустил ее.

— Теперь домой. — Ивга поправила кофточку. — Мы что-то сегодня разгулялись.

Они ехали по верхней дороге. В пути после продолжительного молчания Ивга тихо сказала:

— Я тоже никому не расскажу, понял? Вот узнаешь, какие бывают… женщины.

Окраины станицы поднимались купами садов и цветущей акации. По выгону, голубеющему полынью, бродили свиньи, телята, стаи индюков. С песнями возвращались батуринские полольщицы. Они густо сидели на длинном рундуке и пели песни. Лука сидел в передке рядом с Францем. Хмуро ответив на Мишин поклон, старик подозрительно посмотрел на Ивгу и неодобрительно покачал головой.

Миша хотел обогнать Луку, но позади затопали копыта, и мимо пронеслась тачанка. На тачанке ехали Павло, Любка и богатунский председатель Совета Антон Миронов.

— Дядька Павло! — заорал обрадованный Миша.

Батурин обернулся, помахал рукой. Тачанка скрылась за поворотом.

— Только Васи нет, — сказала Ивга, — Васи.

И тут мальчик вспомнил, что нет не только Шаховцова, нет и Мостовых. «Может быть, побили», — промелькнула горячая мысль. Сердце тоскливо сжалось. Сегодняшний день, такой безмятежный и радостный, потускнел.

— Я сегодня узнаю, — сказал Миша Ивге, — у дядьки Павла узнаю.

У Батуриных, куда пришел Миша с отцом, собрались друзья Павла, соседи. Павло сидел в горнице, за столом, в расстегнутом бешмете, и внимательно слушал подробный отчет Шульгина.

— Все ясно, Степка, — сказал Батурин. — Выходит, можно бы еще год в бегах быть и хужее бы не было. Так, что ли, Степан?

— Что

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.