Над уровнем моря стр. 54
Конструктора. Пока мы сюда корячились, рюкзак потяжелел, и я сдуру сыграл в благородство. Твистовать могу часа два без перерыва, а вот пешком долго не выдерживаю. Пить еще сильнее захотелось - от того несчастного глотка, и от этого проклятого рюкзака, и от солнца, которое тут хоть и заходило иногда на отдых в жидкие тучки, все же было помощнее крымского, где мы с Бобом пляжничали в прошлом году.
Волосатик с Конструктором долго шли сзади, о чем-то говорили. А мне уже все на свете обрыдло. Но когда Волосатик обогнал меня, то даже не оглянулся, потянул коренником. Мы шли напрямик - по камням, траве
и цапучим зарослям. Не понимаю, как я дожил до вечера. И еще меньше понимаю, на чем держался Страшила. Это сгоряча он понес по хребту, а потом всю дорогу садился, говорил, что ноги не тащат, но Волосатик поднимал его и подталкивал в спину. Конструктор, которому я всучил на последнем привале рюкзак, брел сзади, и я заметил, что он хромает, не стесняясь. Тухлые наши дела.
Темнело, когда мы решили заночевать у маленького болотца среди гор. Легли в сырую траву и пили, пока не забулькало в животах. Посидели на сухом, а Страшила даже лег и сразу уснул. Волосатик тоже лежал и был сумной, я его таким еще не видел. Кому-то надо было первому подняться за дровами, только не мне - у меня отнялись руки-ноги и от всего отключилась голова. Один Конструктор шевелился - осматривал и мыл свои белые ступни в болоте, кряхтел, стирал портянки.
- Значит, шинель съели? - спросил он, заметив, что я за пим наблюдаю одним глазом. - И ни один не подавился?
- Клянусь Юпитером, - тоскливо сказал я.
- Так прямо и съели? - поднял голову Волосатик, хотя было видно, что ему плевать на эту трепотню. - Без гарнира?
- Это еще что! - Я решил еще попижонить и повесели гь в такой момент спутников. - Они раз устроили амбрэ на весь пригород.
- Устроили что? - равнодушно спросил Волосатик.
- Амбрэ. У них там мощное заведение общего пользования. Ну, выгребное, сообража? И вот один раз среди ночи оттуда все поплыло. По коридорам, по кабинетам, в спальни...
- М-м-м, - сказал Конструктор и задумался. - А как же это они сделали?
- Да спустили туда полведра дрожжей.
- Сволочи! - с нажимом произнес Волосатик, посмотрел на меня, и я почувствовал себя фигово.
Мое лицо загорелось, и хорошо, что уже стемнело. Ну что я за человек, если вечно делаю не то? Зачем я про такое сейчас? Неужели я тоже этот, как его?.. Гриль?
7. АНДРЕЙ КРЫЛЕНКО, КОНСТРУКТОР
Так и не смог я здесь избавиться от своего душевного недомогания. Завод вошел в меня, как тяжелая неизлечимая болезнь, и совет секретаря горкома: отбросить все, забыть на время - невыполним.
Секретарь этот - полная неожиданность для меня. Раньше я был уверен, что партийные руководители, по крайней мере его ранга, уже не могут так просто многочисленные обязанности, очень далекие от задач исследования внутреннего мира обыкновенных людей, уже не позволяют им заниматься тем, что в принципе должно составлять суть их работы.
Я вошел в его