Библиотека

Над уровнем моря стр. 79

Размер шрифта
-
+
Тема

в нашем озерном колхозе все стадо - тридцать коров. Не коровы, а собаки. Мослы торчат во все стороны, по тайге лазят, правда что, как собаки. Им кормов надо на зиму, однако алтайцы сроду сена не ставили. Земли там пахотной десять гектаров, на ячмень для толкана, только-то. И, сказать по чести, они землю не любят и никогда не полюбят.

Или вон Тобогоева лесничий приставил за помидорами ходить - это же для алтайца смех и горе. Алтаец - вечный таежник, он тут тыщу лет тайгой жил, и его в земледелие не повернуть. Да и зачем, разобраться, поворачивать-то? Наша тайга больше государству может дать. Белка уходит в Туву да Монголию и там отмирает по природе, соболиные места еще не все знаемы. С наших гор пушнины еще брать да брать. И орех, когда урожай, мы не выбираем даже в лучших урочищах.

Эти алтайцы на орехе - молодцы! Не хуже белок лазят по таким кедрам, что наш брат только ахает. И есть молодые ребята, которые даже прыгают с кедры на кедру. Алька-радист увидел это прошлой осенью, сна лишился. Он парень спортивный, его заело, и, может, из-за этого начал по озеру плавать на волне, а вовсе не из-за девахи. Нет, алтайцы, если их вернуть к извечному

своему промыслу, много из этой тайги могут добывать добра...

На Беле пусто, одна ребятня. Значит, не нашли еще человека. И правда, вертолет! Алька-радист бежит, а за ним кто? Да это ж Савикентич трусится, ясно. Где ж ему теперь быть, как не тут?

- Иван Иванович! - Он нас всех по батюшки знает. - Иван Иванович...

Задохнулся, ничего сказать не может. Слабеет наш доктор, давно пора ему на пенсию. Всех на озере пережил, почти никто уж и не помнит, когда он сюда приехал. Сейчас тут его крестников полным-полно. Меня и всех моих погибших братьев принимал, моего друга Туймишева и детей Тобогоева. Коренной старик.

- Ты из дому? - догадался Алька-радист. - Там с Кыги никто не появлялся? Это хорошо. Наверно, Симагин их захватил с собой. Эх, если б не связь, я бы!..

- Иван Иванович! - перебил его Савикентпч. - Вы знаете Тушкем?

- Как не знать.

- Надо бы туда, Иван Иванович! Там инженер погибает.

- Да я уж собрался, только заехал узнать дела.

- Погодите, - сказал Алька, - сейчас я вертолетчика позову.

Пришел парень в кожанке, крепко пожал мне руку.

- Курочкин. Ракеты возьмите, а то Симагин торопился и забыл. Буду крутиться над тем районом, а вам инструкция такая - как на гольцы вылезете, жгите костры, сигнальте ракетами.

Ладно тогда, поплыл. Какой это Симагин? Начальник партии, что ли? С бородой? Помню. Спрашивал про кыгинские кедрачи, которые будто бы в книгах описаны. Я объяснил, и он сказал, что найдет сам.

- Зачем? - спросил я. - Не рубить ли?

- Штук двадцать Легостаев срубит. А что?

- Да жалко, - сказал я. - Какой Легостаев?

- Мой таксатор. Для науки не жалко. Вы знаете, сколько им лет?

- Поди, много?

- По Сибири больше нет таких. Пятьсот лет, - сказал Симагин. - На всей земле последние, понимаете?

- Пятьсот!

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.