Библиотека

Наемники Судьбы стр. 187

Размер шрифта
-
+
Тема

сами Силы Судьбы послали его. А значит – не все потеряно!

На этой оптимистической ноте они и расстались. Оберон распрощался и исчез, а вместе с ним и чудесный купол. Со всеми вытекающими, точнее, льющимися на голову последствиями.

Три дня продолжалась оттепель, на четвертый в одночасье завернул мороз, да такой, что плевок застывал на лету. (Это установила Энка опытным путем.) Все, что имелось мокрого: лужи, недорастаявшие сугробы, сырые одежды и обувь – превратилось в лед. Казалось, стукни сапогом посильнее – он разлетится как сосулька. Еда, которой все же успели запастись в спешке, тоже замерзла. Заиндевевший хлеб раздирал губы и десны в

кровь, остальное было не угрызть вовсе. Пришлось наплевать на конспирацию и жечь костры.

О ночевках и речи не велось. Клевали носом, скользили, спотыкались и падали, но поднимались и шли, шли ночи напролет. Днем урывками дремали у костров – при свете дня огонь не так заметен, как в темноте.

Дорога, по которой они теперь перемещались, была на редкость пустынной. Изредка встречались крошечные поселки в два-три дома за высокими заборами с коваными воротами, некоторые были даже рвом окружены. Настоящие маленькие крепости! И никаких вам сарайчиков или, скажем, амбарчиков на отшибе. Негде укрыться от непогоды, нечем поживиться. Будто не в Срединных Землях находишься, а где-нибудь на Границах Жизни.

– У вас в Ольдоне народ повымер, что ли? – нашла виноватого сильфида.

– Так это же дорога на Эскерольд, – пояснил Эдуард. – Мы воюем с ним чуть не каждые три года. Кто станет тут селиться по доброй воле?

– Чем вам помешал Эскерольд? – еще больше взъелась сильфида. – Чего вам, людям, никогда мирно не живется? Тоже, что ли, проклятые?

На этот вопрос бедный принц ответить не мог. Он с младенчества усвоил: главный враг родного Ольдона – Эскерольд. А почему – даже не задумывался, настолько обычным казалось дело.

Через три дня мороз стал спадать, но налетела новая беда – метель. Настоящая снежная буря с ветром, как водится, в лицо. Еще недавно они приписали бы его козням Инферна. Завеса серого снега превратила день в ночь, обозримое пространство сузилось до пяти шагов. Дорога, и без того едва различимая, пропала совершенно. Вьюга кружила, выла голодным волком… Или это была не вьюга?

– У вас тут оборотни водятся? – с надеждой спросила диса.

– Н… нет вроде.

– Значит, волки! – определил Рагнар.

Сердце Хельги упало. С волками ведь не договориться. Придется убивать. Бедных, голодных, сереньких. Они ведь не виноваты, что тоже хотят есть. Ну почему мир устроен так плохо?

«И на старуху бывает проруха!» – говорила потом Энка.

Наверное, они слишком устали и замерзли, чтобы соображать. Поэтому, когда сквозь снежную пелену блеснул огонь, все, включая умудренных опытом наемников, не сговариваясь, ринулись туда.

И не удивились, не встревожились, когда дверь полузанесенной снегом избушки приветливо распахнулась – в такое-то время! – и радушные хозяева с поклоном вышли навстречу. Затопили печь, накрыли на стол…

И Энка не почуяла беды, и Хельги не заглянул в Астрал, и Меридит не отказалась от вина. Чего же спрашивать с остальных?

Пробуждение было ужасным. Холод сковал тело, голова раскалывалась, язык казался сухим, огромным и колючим, глаза застилала черная пелена.

«Напилась! – первое, что пришло в голову Меридит. – Это я-то!

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.