Найду и удержу стр. 51
ни волнения, ни обиды. Так что же, на самом деле она это уже изжила в себе? И все то, что когда-то было живым, обжигающим, жалящим, она вытряхнула из головы в… сушеном виде?
— Я теперь хорошо понимаю, что мне предлагала мать Юрия. Я это изучила. Если бы я понимала тогда то, что сейчас, может быть, не сбежала бы в тот же вечер от Выйков. Я просто сказала бы им «нет», — призналась Варя. — Оказывается, полно женщин, готовых выносить чужого ребенка за деньги. В Интернете я нашла медицинские сайты, а на них — данные тех, кто готов стать суррогатной матерью. Большой конкурс, между прочим, мама. Эта услуга стоит тысяч двадцать долларов. А если прибавить уход во время беременности, цену самой операции, получается еще больше.
— Но я могла бы понять, когда нет другого выхода… — Мать пожала плечами.
— Может быть, они сказали не всю правду, — тихо заметила Варя. — Они придумали щадящее объяснение — спортивная карьера Элли Выйк…
— Вполне вероятно, — согласилась Лидия Романовна.
— Они все просчитали, — продолжала Варя. — Сперва я должна родить своего ребенка, а потом — для Элли. Он ей нужен был через два года.
— Какая точность, — усмехнулась мать. — Конечно, Выйки должны были оценить вариант с тобой. Он хорош во всех отношениях. Молодая, из их
семьи, никакой огласки, платить не надо. Но это же… — Лидия Родионовна вспыхнула. — У меня нет слов, Варя.
— Им пришлось бы все-таки потратиться, может быть, прилично, — усмехнулась Варя. — Сама операция — внедрить зародыш, который получается из яйцеклетки генетической матери и спермы отца, — стоит две с половиной тысячи долларов. А с первого раза получается редко. Одной американке понадобилось двадцать восемь раз!
— Ужас! — воскликнула Лидия Родионовна. — Но, Варя, какая женщина с нормальным материнским инстинктом откажется от ребенка, которого выносила? — Она поморщилась.
— Да, говорят, что если с самого начала женщина знает, на что идет, ей трудно отдать того, кого выносила и родила.
— А кстати, это все… законно? — Лидия Родионовна посмотрела на дочь.
— Наш Семейный кодекс разрешает, я читала. Как относится к этому их закон — не знаю. Но генетические родители могут зарегистрировать своего ребенка после того, как суррогатная мать подпишется, что отказывается от него.
— Да, здесь тоже, считали Выйки, с тобой не возникнет проблем, — сказала мать.
— Теперь ты понимаешь, почему я сразу кинулась из их дома на паром? Я подхватила сумку, которую даже не успела распаковать, и — домой.
— Юрий не побежал за тобой? — спросила мать.
— Нет. Я и не ждала, что он побежит. Он сам говорил, как преданно относится к своей семье.
— Но неужели муж Элли согласился бы на то, что не она выносит его ребенка?
— Элли и ее мамочка все рассчитали. — Варя усмехнулась.
— Что именно?
— Чемпионка северных стран по стрельбе из арбалета получит большие деньги.
— Рационализм… — мать зябко повела плечами, — возведенный в степень безумия, — бросила она. — А ты им что-то сказала?
— Ничего. — Варя покачала головой. — Знаешь, дедушка говорил мне, что Юрий не слишком открыт, мне будет трудно его понимать. Я думала, он имеет в виду язык.
— По-моему, папа говорил, что Юрий не чистый эстонец, — заметила мать.
— Так и есть. Среди предков Выйки нашли даже голландцев. Но его мать хочет очистить эстонскую кровь