Наивная смерть стр. 199
подарок.
– Правда?
– Это сборник стихов – всякая такая романтическая ерунда. Я подумала: «До чего же это сентиментально!» Значит, в самый раз. А потом я все испортила и забыла книжку в столе на работе.
Рорк улыбнулся и поцеловал ее.
– Спасибо.
Ева приложила ладонь к его щеке.
– Мне надо душ принять и заняться этим. Я собиралась сразу приступить к делу, чтобы мы потом успели устроить романтический ужин, но потом мне пришлось вмазать тебе и твоей белобрысой шлюхе, а дальше уж все пошло само собой.
– Да, я понимаю. Что ж, мы вместе примем душ, и ты введешь меня в курс дела.
Рорк слушал, почти не задавая вопросов, пока Ева рассказывала.
– Итак, – сказал он, пока она натягивала широкие фланелевые брюки и мягкую фуфайку, – ты была права насчет девочки.
– Нет никакой девочки, но, да, я была права. И дневник станет тому доказательством. Я могла бы попросить, чтобы футляр разрезали…
– Уверяю тебя, в этом нет необходимости.
– Давай пойдем ко мне в кабинет. – Ева подняла сумку. – Я хочу все записать. Можешь хоть немного повозиться с замком?
– Этого я, безусловно, делать не буду.
– Ладно, ладно.
– Я хотел бы объяснить, что здесь делала Магдалена.
Ева покосилась на него.
– Помимо того, что собиралась присосаться к твоим губам?
– Я имел в виду нечто другое. А именно, – пояснил Рорк, пока они выходили из спальни, – почему я позволил ей войти в наш дом.
– Да я это и так поняла. Тебе надо было с этим разобраться. С ней разобраться. Объяснить ей по слогам, что к чему. Сказать ей, чтоб выметалась, нагнать на нее страху божьего. Точнее, страха Рорка.
– До чего же я везучий сукин сын! Моя женщина понимает меня без слов. Как ты сказала? Страх Рорка? – переспросил он.
– Можно, конечно, и страху божьего, но, видишь ли, он же невидимка. Большинство людей в глубине души не верит, что он их – как это называется? – покарает. А вот ты, наоборот, очень даже из плоти и крови. Ты не то что покараешь, ты можешь сделать гораздо хуже. Ты гораздо страшнее бога.
– Не знаю, принять ли это за комплимент, – задумчиво улыбнулся Рорк. – Ну а пока хочешь узнать, как я с ней разобрался?
– Да я, в общем-то, не против.
Он рассказал ей, пока они шли в ее кабинет, пока она ставила сумку, вынимала дневник. Пока она просто стояла и слушала, не сводя с него глаз.
– Вот видишь? Видишь? Бог – это полная мура. Бог не смог бы заставить ее так трястись. А она – можешь смело ставить на кон
свою распрекрасную ирландскую задницу! – она тряслась, как желе. А ты действительно можешь запретить ей вход во все твои владения? Это же… сколько? Процентов восемьдесят разведанной вселенной?
– Ты преувеличиваешь, не больше пятидесяти. А ответ на твой вопрос – да. – На его лице молнией промелькнула свирепая ухмылка. – Конечно, могу.
– И у тебя есть на нее данные, которые заинтересуют Интерпол?
– Ты меня за кого принимаешь? За дешевку? Конечно, есть. – Рорк замолчал на миг, вглядываясь в лицо Евы. Он читал это лицо, как открытую книгу. – Тебе я эту информацию не отдам, Ева. По двум причинам.
– Надеюсь, они будут вескими.
– Во-первых, это тебя не касается,