Наказание за любовь стр. 103
не действуют!
— Ради твоей матери, Ульвар…
— Я не знал ее!
И вдруг Натаниель понял простую истину: Ульвар не знал, кто был его отец! Потому что тогда Тенгель Злой тоже бы это знал. И злобный прародитель ничего не знал о Марко. Не знал, что тот был черным ангелом и сыном Люцифера, не знал, что он брат-близнец Ульвара. Хеннинг никогда не рассказывал Ульвару правду. Он просто не посмел.
Значит, надо было тщательно продумать, что говорить! Не стоило упоминать на черных ангелов, ни волков. Ульвар наверняка считал, что у Марко были какие-то особенные способности, которые и помогали ему совершать эти чудеса в годы
их детства. Ульвар не знал, откуда появлялись волки!
Пурга закончилась, теперь был четко виден унылый пейзаж с темными скалами позади и сильно пересеченная местность ближе к ним.
Как же так получилось, что Тенгель Злой ничего не слышал от Ульвара? О волках, например? О том, что у Ульвара был брат-близнец — именно тот человек, которого Тенгель Злой и пытался вычислить с помощью всей силы своей мысли.
«Покоился во зле». Именно это произошло с Ульваром. А когда он бывал нужен, Тенгель просто вытаскивал его. Как сейчас.
И вновь Натаниель воззвал к этому глубоко несчастному юноше:
— Ульвар… ты знаешь, что не снискал большой любви, пока ты был жив…
Тот громко захохотал:
— Великолепно! Именно это я и пытался сделать — разозлить всех. Это было чудесно!
Боже, кажется, ничего не выходит, думал Натаниель, но все равно продолжал:
— Но один единственный человек любил тебя всегда — что бы ты ни делал. Это Марко, и это тебе известно.
— Ерунда, — сказал Ульвар, но на его лице явилась какая-то неуверенность. — Этот святоша, маменькин сынок!
— Как он мог быть маменькиным сынком, если никогда не видел свою мать?
— Я тоже не видел, но я прекрасно без нее обошелся!
— Неужели? А я сказал бы, что твоя жизнь совсем не удалась.
— Ерунда, — снова сказал Ульвар, ему явно не хватало слов.
Натаниель воспринял это как признак того, что противник слабеет, и поспешил использовать это. Вместе с Суль и Марко он быстро подбежал к двум парням. Оба инстинктивно отпрянули, настолько испуганные, что даже позабыли про свои жертвы. Суль оказалась быстрее всех, она обхватила руками яростно упирающегося Колгрима и прижала его к себе.
— Ты же мой единственный родственник, — тихо сказала она. — А я — твой.
— Какого черта, — просипел Колгрим, пытаясь высвободиться. — Не нужны мне никакие родственники, я и так сильный, я…
И тогда, именно в тот момент, проявилась сила Натаниеля. Сила, которая была нужна им всем, и которой они поражались. Натаниель, этот переменчивый, мечтательный…
Тут он нанес удар!
Пока Суль держала в объятиях своего внука, Марко пошел на Ульвхедина, который все дальше и дальше пятился назад, в ярости пытаясь занять оборонительную позицию. Он был похож на шипящую кошку. Руне, Ян и Халькатла тут же кинулись к своим друзьям, бывшим по-прежнему без сознания, и оттащили их на безопасное расстояние. А Натаниель…
Все остановились, потеряв дар речи. Все смотрели на него.
От Натаниеля исходило сияние. Вокруг него возникла аура, из его глаз струился переливающийся всеми цветами радуги свет, в них было столько тепла, столько доброты!
Те трое, что