Библиотека

Наковальня мира стр. 166

Размер шрифта
-
+
Тема

точное время и наигрывает «Каркатинские девицы», не мешайте ему! Этот демоненыш не может вынести чувства вины!

Обратный путь был похож на сон и невероятно приятен для Смита, которому теперь решительно ничего не надо было делать, кроме как сидеть под зонтиком на палубе и любоваться пейзажем. Все прочие были либо завалены работой, например Ивострел, которого назначили рулевым, либо охвачены черной меланхолией, например лорд Эрменвир и леди Сунне. Спуск по суше к подножию водопада прошел на удивление спокойно. Когда корабль вновь заскользил по изумрудной глади, путешественники увидели белых бабочек.

— Смотри, вон ваши духи, — заметил Смит, обращаясь к Ивострелу.

В лучах солнца трепетали

белые крылышки, словно маковые лепестки на ветру. Леди Сунне, поправлявшая Смиту подушки и плед на коленях, подняла голову и ахнула:

— Никогда не видела таких бабочек!

— Конечно, где же ты могла увидеть капустниц, — ответил ее брат, шагая по палубе. Он с кислым видом глядел на берег, перегоняя трубку из одного угла рта в другой.

— Хороший знак, — сказал Ивострел.

— Они летят за нами, — сообщил Смит, и это было действительно так. Водопад остался за кормой, а бабочки следовали за кораблем и даже сидели на снастях, словно птицы.

— А ну кыш, гаденыши! — заорал лорд Эрменвир.

— Перестань. Они такие хорошенькие, — вступилась леди Сунне. — Смит, милый, что вам подать? Соловьиные язычки в белом вине? Перцовое печенье в обсыпке? Засахаренные розы? Чай с райскими зернами?

— Если можно, чай, — кивнул Смит.

Леди Сунне взяла серебряный чайник, искусно украшенный позолоченными ужами и павлинами, и собственными нежными ручками налила чай в редкостную и драгоценную фарфоровую чашечку, тоненькую, словно скорлупка. Смит смотрел, как леди Сунне серебряными щипчиками достает из золотой коробочки райские зерна, и не знал, как бы потактичнее намекнуть ей, что хотел бы просто чаю, безо всего.

А в это время под вывеской с изображением трех молотов…

Господин Бронзик сидел за рабочим столом и, нервно покусывая кончик пера, штудировал приходно-расходные книги. В цифрах он разбирался слабо — ведь он был человеком идеи, этот Бронзик, — но с бухгалтером пришлось расстаться, и с секретаршей тоже, и с носильщиками, и с массажисткой, и с большей частью лучшей мебели.

Во дворе под окном кабинета послышался какой-то шум, и господин Бронзик высунулся поглядеть, размышляя, не лучше ли запереться и сделать вид, что его здесь нет. Но это был не сборщик налогов из компании «Сурик и Сыновья», не господин Шуруповерт, архитектор, которому тоже не платили вот уже полтора месяца. Это был крупный мужчина в очень дорогом костюме, в сопровождении не менее крупных ливрейных лакеев, двое из которых встали на посту у входа во двор.

Господин Бронзик смотрел на них, пока не сообразил, что крупный мужчина поднимается по лестнице, которая ведет непосредственно в его кабинет, и тогда, лихорадочно заметавшись по комнате, превратился в настоящий смерч. Неоплаченные счета он смахнул в ящик. Письма с угрозами запихнул под ковер. Все прочие предметы, которые могли испортить впечатление общего сокрушительного успеха, оказались в стенном шкафу. Когда раздался стук в дверь, господин Бронзик одернул пиджак, набрал побольше воздуха и дождался, пока снова постучат, прежде чем открыть дверь.

— Простите великодушно, — улыбнулся он стоящему на пороге человеку. — Только что отправил клерка в банк делать

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.