Библиотека

Наложница фараона стр. 34

Размер шрифта
-
+
Тема

приветливо. Впрочем, она всегда бывала ровна и приветлива. Ганс принялся обдумывать что-то свое. То есть ничего таинственного в его мыслях не было. Очень они были обыденные, естественные, и по сути добрые.

Маленький Андреас бежал в новых сапожках впереди, то припрыгивая на каждой ступеньке, то перескакивая через ступеньку.

— Осторожней! — остерегал его молодой человек.

Тогда мальчик начинал спускаться медленнее, но тотчас забывался и вот уже снова прыгал по каменным сбитым ступеням.

В памяти ребенка проносились картины того, как заказывали и шили ему новую обувь. Это было, в своем роде, целое приключение. Мать повела его в еврейский квартал к сапожнику. Мальчик не знал, что это потому что сапожник брал дешевле других мастеров. Маленький Андреас думал, что ему будут делать сапожки в еврейском квартале, потому что там живут его старшие сестры и племянник и племянница, которые были одного с ним возраста; Андреас немного был знаком с ними, они все вместе играли, когда его приводили в гости к сестрам. Но на этот раз мать повела его в один маленький домик. Сапожник был в такой темной одежде и пальцы у него были темные. У него было страшное некрасивое лицо, но улыбался он ласково и как будто хотел и мог защитить. И глаза у него были такие странные, смотрели будто далеко-далеко и видели в этой далекой дали что-то очень занятное. Так смотрели эти глаза, что Андреасу захотелось спросить, что же сапожник там видит. Но мальчик в первый раз видел этого человека и потому стеснялся.

Мать поздоровалась с сапожником и они о чем-то поговорили. Потом она велела Андреасу сесть на маленький табурет. Сапожник раскрыл створку какого-то темного шкафчика, вынул жестянку, взял оттуда какой-то светлый, желтоватый и почти прозрачный камешек и протянул Андреасу на своей темной ладони.

— Это что такое? — спросил мальчик с любопытством и открыто улыбнулся, уверенный, что его никто не захочет обидеть.

— Это такой сахар, — таинственным густым

голосом ответил сапожник. — Возьми в рот и соси потихоньку. Будет очень вкусно.

Андреас так и сделал, и вправду стало вкусно во рту.

Мать опустилась на колени и сняла с его маленьких ног старые башмачки.

Мальчик приподнял ножки в одних чулках и снова опустил на пол. Он сосал желтый твердый сахар и смотрел на сапожника.

— Меня зовут Гирш Раббани, — сказал сапожник, наклонился, взял правую ножку и начал снимать мерку. — А тебя, я знаю, зовут Андреас Франк.

— Да, — быстро, тихо и настороженно откликнулся мальчик.

Он боялся, что сейчас с ним заговорят об отце; он не любил таких разговоров, расспросов, когда от него словно бы хотели узнать что-то, а он и сам ничего не знал, и было неприятно. Но так выспрашивали чаще женщины. Мужчины — реже. А сейчас Андреас посмотрел на сапожника и понял, что уж этот человек не станет выспрашивать его так.

Тут сапожник закончил снимать мерку и мать снова заговорила с ним.

Андреас сидел без башмачков. Табурет был слишком низкий, и болтать ногами не получалось. Мальчик оглядывался по сторонам, разглядывал подошвы, обрезки кожи, сапожные инструменты, и невольно думал, что со всем этим можно было бы интересно поиграть.

Вдруг занавеска, делившая комнату надвое, слабо колыхнулась снизу.

— Мама! — невольно вскрикнул мальчик.

Он не

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.