Нам выходить на следующей стр. 64
вроде бы прошла.
– А зачем тетя Регина с Сашкой в Москву приехали? – спросила Алла.
– Саша опять решил пойти учиться. В коммерческий вуз.
– У них же денег нет.
– Нет.
– А как же тогда? Она у тебя просила? – догадалась Алла.
– Да, в долг.
– А ты?
– Дала.
Алла знала, что у матери есть заначка – неприкосновенный запас. Екатерина Андреевна откладывала понемногу.
– Мама, зачем? Она же тебе не вернет.
– Не вернет.
– Сказала бы, что у нас нет.
– Алуша, Регина очень много для меня сделала. Когда мне нужна была ее помощь, она никогда мне не отказывала. Да там и сумма небольшая.
– Сашка все равно учиться не будет. Странный он какой-то.
– Кто знает, может, и будет?
– А тетя Регина страшная и злая. Я ее и в детстве боялась.
– Тетя Регина не всегда бывает права…
– И хорошо, что эта Жанна увезла дочку. Тетя Регина ее бы била. Как Лариску и меня.
– Ты что, все слышала?
– Почти все…
Тетя Регина с Сашкой приезжали еще раз. Сашка сдал чисто символические экзамены, тетя Регина внесла деньги в институтскую кассу, и Сашка был принят на юрфак.
Алла тоже сдала экзамены и поступила на филфак МГУ. Сама. Екатерина Андреевна решила устроить двойной праздник – отметить поступления.
Сашка с тетей Региной приехали с коробкой конфет и цветами. Тетя Регина лезла к подруге целоваться. А Сашка торжественно пообещал отучиться, встать на ноги, заработать кучу денег и отдать долг Екатерине Андреевне. Та даже расплакалась. Алла сидела с недовольным лицом. Ей было противно смотреть на беззубую тетю Регину.
Регина уехала во Владикавказ. Екатерина Андреевна ходила на работу, Алла училась. К ним опять часто стали приезжать Димочка с Лилей. Как раньше. Лиля говорила без умолку. Теперь она была занята не разъездом, а съездом. Димочка поставил условие – жить с мамой. Теперь они меняли две квартиры на одну. Но Лиля не сопротивлялась. Даже рада была. У нее была на это причина.
Лиля неожиданно для себя и для Димочки забеременела. От Димочки. А Дина Матвеевна, хоть и сердечница, еще хорошо держалась. Вполне годилась на роль няньки для будущего ребенка. Тем более родного внука или внучки.
Но Лиля вроде как и не рада была своей беременности.
– Лиля, это же счастье, – говорила Екатерина Андреевна. – Ты радоваться должна.
– Ничего я не должна. И Димку как подменили – фрукты с рынка мне носит, живот гладит, а когда я Маратика носила, не допросишься за молоком сходить.
– Димочка тогда молодой был.
– А ты его не оправдывай.
Ребенок еще не родился, а Лиля уже страдала от комплекса вины перед Маратиком.
Маратик перестал быть гениальным ребенком, а стал неуправляемым, раздрызганным подростком. Лиля, встречая сына из школы, устраивала обыск – требовала, чтобы он дыхнул. Маратик послушно дышал пивом. Лиля обыскивала куртку – из карманов вываливались сигареты. Маратика вышибли из спецшколы. В обычной он тоже не учился – Лиля таскала в школу учителям конфеты с духами, лишь бы тройку поставили. А потом, как забеременела, плюнула. Делай что хочешь. Маратик и делал, что хотел, – шлялся до полуночи неизвестно где, хамил Димочке, огрызался на мать.
– Он не виноват, это все гены. Еще вот это. – Лиля показывала на свой живот. – Представляешь, какой