Нас больше нет стр. 118
приступа панической атаки. Мне до сих пор страшно.
В темноте все чувства обостряются. Близость Давида и его объятия приносят мне капельку успокоения, но лишь потому, что теперь нет повода волноваться еще и за него.
— Сначала пить дай. Умираю от жажды, — выдыхаю я, подавляя прорвавшуюся наружу истерику.
— В бутылке успокоительное, ты сразу уснешь с сестрой на пару. По пути сюда в аптеке купил и смешал. Больше воды нет, — виновато говорит он.
— Спасибо за честность. Тебе выгодней было бы усыпить и меня. — Из горла вырывается нервный смешок.
— Ага, осознанно допускаю ошибки. Но ты у меня, в отличие от Насти, девочка сильная, поэтому я не вижу причин прибегать к таким средствам. Разве что ты сама захочешь.
— Если воды здесь больше нет, значит ли это, что ты не планировал сегодня увозить нас? — внезапно приходит мне в голову. Ведь будь это не так, сюда забросили бы несколько бутылок воды и что-то перекусить. Мы ведь не в получасовую поездку собрались.
— Здесь ты ошиблась.
— Другим способом? — догадываюсь я.
— Да. В условиях получше. Но пришлось импровизировать.
— Долго ехать? У нас будут остановки? В какую страну мы отправимся? — засыпаю его вопросами. Мне нужно хоть что-то знать, потому что неизвестность убивает хуже правды.
— Часа четыре, а то и пять.
— Мы сваримся здесь.
— Придется потерпеть, если жить хочется. Но никогда не поздно попить воды из бутылки Насти, — пытается пошутить Леонов. — И мы не будем пересекать границу. От нас этого ждут, поэтому затаимся где-то в безлюдном месте и переждем бурю.
Несколько минут молчим. Нехорошее предчувствие укореняется внутри меня, тревожные звоночки становятся громче. Все это больше похоже на импровизацию, чем на тщательно спланированную операцию.
— О чем говорила Настя? Кого-то и в самом деле… убили? — последнее слово приходится из себя выталкивать. Мне раньше казалось, такое только в фильмах происходит.
— Ребята знали, на что шли, — ровно отвечает Давид. — В случае, если с ними что-то случилось
бы, семье выплатили бы солидную компенсацию.
— Но это не вернет им жизни, жены не увидят своих мужей, дети — отцов, — с горечью возражаю я.
— Лер, они и до этого постоянно рисковали своей жизнью, раньше служили по контракту в горячих точках, потом на гражданку перебрались и в охранную фирму ко мне пошли. Везде есть риск, никто не даст гарантии, что ты, даже выйдя за хлебом в магазин, вернешься домой.
— Не сравнивай, Давид. Есть случайность, а есть преднамеренное убийство.
— Лер, ты думаешь, мне все равно? Я знал каждого из них, более того, это я привел их к твоему отцу. Мне потом в глаза их женам смотреть, поэтому давай не будем касаться этой темы.
— Прости, я об этом не подумала. Теперь давай по порядку. Где Юля и Юра?
— С ними все хорошо. Их вывезли из города еще до полуночи, это мы задержались из-за форс-мажора. Настю вели весь день, мы пытались оборвать слежку, но, как видишь, получилось плоховато. Скорее всего, ставку сделали на нее. Все знали, что ты с отцом не ладишь, а Настя вроде как любимая дочь. Хотели додавить его через нее.
— Почему ты с нами? Ты же начальник его службы безопасности. Ты должен его охранять сейчас, а не с нами в фуре