Нас больше нет стр. 132
Давида находят мои, касаются мягко, осторожно. Он заглядывает мне в глаза. — Хорошо ведь было?
— Да, — признаюсь, не в силах соврать. — Не хочу купаться, дай мне джинсы, пожалуйста? — прошу его, желая как можно быстрее закрыть свои ноги от его взгляда.
Возбуждение схлынуло, и теперь все по-другому воспринимается.
Давид застывает, с легкостью угадав причину моей просьбы.
— Я уже говорил тебе и повторю еще раз. Это, — он ведет ладонью вниз по моей ноге, выражение его лица серьезное, — нисколько не делает тебя хуже. Меня не отвращают и не пугают твои шрамы. А теперь поднимайся, мы идем плавать. Это последние теплые деньки, нужно использовать это.
Глава 35. Лера
Ужин выдался напряженным. Настя сидела с кислым выражением лица, в разговоре почти не принимала участия, ела вяло. Складывалось ощущение, словно мы ее чем-то обидели. Но никто особого внимания на это не обратил, потому что у нее стабильно несколько раз в день портится настроение.
Мы же с Давидом только и делаем, что переглядываемся. А еще я под столом то и дело его ногу задеваю, веду вверх пальчиками и улыбаюсь, когда замечаю, как он напрягается от этой мимолетной ласки.
Необычно осознавать, что я имею на него такое влияние. Ведь я привыкла видеть себя в его глазах назойливым котенком.
Утром я просыпаюсь позже всех. Давида в комнате нет, зато Настя сидит на своей кровати, не отрывая от меня враждебного взгляда.
Я потягиваюсь, поправляю волосы, свешиваю ноги с кровати.
— Что? — смотрю на нее. — Я тебе чем-то не угодила?
Настя фыркает в ответ, но не отворачивается.
— Отца здесь нет, делить нам некого. К тому же я с ним три года не общалась. Так чем ты снова недовольна? — спрашиваю ее, вспоминая, как она реагировала на мое появление в их доме первое время. Но тогда я все списала на детскую ревность, все же ей было чуть больше десяти лет. Совсем ребенок еще.
— Отстань от
Давида, — внезапно выпаливает она.
— Что, прости? — Мои глаза расширяются от удивления. Мне точно не послышалось?
— Я видела вас.
И на мой взгляд, полный недоумения, объясняет:
— Вчера вас видела. Как вы трахались у реки.
Щеки заливает румянец, мне становится неловко, что она застала нас с Давидом во время занятия любовью.
— Подглядывать некрасиво, — глухо произношу я, злясь на себя. Не нужно было поддаваться его напору, говорила же ему, что нас могут увидеть!
— Отстань от него, — шипит Настя, спрыгивая с кровати, и становится передо мной, упирает руки в бока, смотрит на пеня с жгучей ненавистью. — У тебя уже был шанс, ты его упустила, бросила его! Сбежала! А теперь вернулась, вся такая несчастная, и снова собираешься портить ему жизнь.
Ее красивое кукольное личико перекашивается от злости.
— Мне кажется, наши с Леоновым отношения не твое дело, — я начинаю заводиться.
— Тогда ты ошибаешься. Ты с ним сколько знакома была? Несколько месяцев? А я три года с ним практически под одной крышей прожила! Ты ему не подходишь, ясно?
— А кто подходит? Ты, что ли? — выплевываю я, тоже поднимаясь и равняясь с ней ростом.
Настя закрывает и открывает рот.
— Да хотя бы я! — выпаливает на одном дыхании, глаза лихорадочно горят.
У меня в голове наконец-то складывается пазл. Все эти