Нас больше нет стр. 98
ночи, — выдыхаю я и достаю из кармана зажигалку и пачку сигарет.
Вечер сегодня хороший, прохладный, для прогулок то что надо. Вот только не до этого сейчас. Я вдыхаю дым, чувствую, как меня отпускает. Поднимаю взгляд, выискивая окно комнаты Леры. У нее темно, но отчего-то уверен, что она не спит. Возможно, даже прячется за занавеской и наблюдает. Немного постояв так, иду к домику охраны. Нужно завершить кое-какие дела, а завтра заняться приготовлением. Чем бы ни закончилась суббота, а в целях безопасности всех нужно будет вывезти.
Дурное предчувствие закралось в душу. Совсем не осталось времени. Снова о Лере все мысли. Она опять может исчезнуть из моей жизни, а я даже ничего не успел сделать, чтобы ее вернуть, удержать.
Я отцепляю кобуру, прячу в сейф оружие. Беру со стола сигареты и ключи от черного входа в дом. По пути хорошенько взвешиваю то, что собрался сделать. Решил, что буду действовать по обстоятельствам и если после того, что в уборной ресторана произошло между нами с Лерой, она запустит в меня несколько своих томиков с любовными романчиками, то так и будет. Усмехаюсь, предвкушая эту ночь. Последнюю беззаботную ночь для всех нас.
Глава 27. Лера
От переизбытка эмоций сердце стучит словно сумасшедшее. Я уже давно дома, давно рядом никого нет. Нет Давида, нет Дамира, не играет музыка и не съедает духота, но легче отчего-то не становится.
То, что я увидела сегодня во взгляде Леонова, не поддается никакому объяснению. Что-то темное на глубине его глаз притягивало, завораживало, приказывало подчиниться. И я подчинилась. Словно безвольная кукла, поддалась, потянулась за поцелуем, готова была раздвинуть перед ним ноги прямо в туалете, куда в любой момент мог войти кто-то посторонний и увидеть нас.
Из-за этого я безумно на себя злюсь. Что до сих пор не убила в себе ту Леру, которая с восхищением смотрела на Давида, ловила каждое его слово, возбуждалась от одного его прикосновения.
Но и в то же время мне приятно. Приятно, что ревнует, а это абсолютно точно была ревность. Приятно, что я его все еще завожу. Приятно, что дурман голову вскружил не только мне. Приятно оттого, что теперь и я могу делать ему больно, играть на чувствах, эмоциях.
Я видела, как приехал отец, видела, что Давид тоже где-то на территории дома, именно поэтому мне не спится. Лежу под одеялом, включив кондиционер на максимум — дурацкая привычка последних лет, — и прислушиваюсь к звукам в доме.
Время уже за полночь, все давно спят. Настя еще час назад мимо моей комнаты процокала на каблуках. Папа с Юлей что-то очень громко обсуждали, но их голоса затихли, скрывшись за дверью спальни в конце коридора.
Я переворачиваюсь на бок, нужно было смыть косметику, но сил нет. Закрываю глаза, пытаясь уснуть, но тщетно: слишком много мыслей в моей голове, а еще меня уже несколько часов не оставляет жгучее желание. С того самого момента, как вышла из уборной следом за Давидом.
Тонкая ткань трусиков щекочет и при каждом движении распаляет меня все сильнее. Я свожу ноги вместе, прикусываю изнутри губу. Но ничего не помогает, горю изнутри.
— Черт бы тебя побрал, Леонов, — шиплю я и теперь поворачиваюсь на