Наша девочка стр. 92
Наталка несла на вытянутых руках подушечку с орденами. Никому уже не было никакого дела ни до мужчин в форме, ни до Бориса с его родителями.
– Соня, я так испугалась, – заплакала тетя Тамара. – Никогда так не боялась. За себя не боялась.
– Да, Томочка, знаю. Все знаю, – ласково говорила тетя Соня.
– Это ведь страшно, Соня. Они же еще дети, – тетя Тамара тяжело дышала. Тетя Соня с тетей Луизой вели ее под руки на выход.
Мужчины в форме, стоявшие на сцене как истуканы, не понимали, что происходит. Все люди в зале шли на выход. Женщины плакали. Я оглянулась и увидела, как мама Бориса плачет, а его отец что-то ей зло выговаривает.
Мы наконец вышли из зала. Бабушку Терезу торжественно усадили в машину и повезли домой. Мы с тетей Тамарой медленно пошли по дороге.
– Наталка! Соня! Подождите! – услышали мы крик за спиной. К нам бежала мама Бориса.
– Алина, лучше уйди сейчас, – сказала тетя Соня.
– Спасибо тебе, девочка! – на грудь осоловевшей Наталке кинулась мама Борьки. – Если бы не ты! Соня, прости меня! Наталка моего Борю спасла! Это он все так устроил, чтобы их проучить. Я была против! Тетя Тамара, простите меня!
Знахарка кивнула. Мы пошли дальше, оставив маму Бори одну на улице.
Но не успела тетя Соня сварить кофе, как в ворота кто-то постучался. Наталка открыла дверь.
– Наталка, девочка, можно войти? – спросила мама Борьки, не решаясь переступить порог.
– Входи, Алина, – разрешила тетя Соня.
Но вместо Алины на пороге появились молодые мужчины, которые стали затаскивать мешки – с мукой, сахаром. Сама Алина положила на стол кульки с конфетами, печеньем, халвой, пастилой – столько и на полках в магазине мы не видели.
– И там еще комбикорм, – сказала Алина тете Соне.
– Ты лучше бабушке Терезе все это отнеси, – сказала тетя Тамара.
– Да уже! – радостно воскликнула Алина, радуясь, что с ней вообще разговаривают. – И бабушке Терезе отвезли, и мальчикам. Бабушке Терезе мы и дом поправим. Муж обещал машину кирпича прислать. Соня, можно я буду приходить? Тетя Тамара, а вы мне дадите отвар от бессонницы? Я же совсем не сплю. Никакие таблетки не помогают. Простите меня.
Когда тетя Тамара уже собралась что-то ответить, в воротах появилась Лариса Арнольдовна, которая толкала перед собой новенький велосипед. «Школьник». Мечта! Кроме Борьки, в селе ни у кого такого не было.
– Это ценный подарок! – Пионервожатая все еще не могла справиться с чувствами и не знала, как реагировать на происходящее. – Должны были на сцене вручить, но вот…
Она передала велосипед обалдевшей Наталке. А вслед за Ларисой Арнольдовной во двор вошли мужчины в форме и все ребята.
– Спасибо вам за то, что вырастили таких пионерок! – пожал руку пионервожатой один из мужчин. Лариса Арнольдовна чуть в обморок не хлопнулась от волнения.
– Ура, товарищи! – объявила она, потому что не знала, что еще можно сказать.
Ребята захлопали в ладоши, закричали, засвистели. Потом все накинулись на сладости. Алина вместе с тетей Соней суетились на кухне, накрывали на стол.
Потом все сидели во дворе – ели, пили кофе, мужчинам налили фирменной араки от дяди Жорика. Алина то и дело кидалась обнимать Наталку, целовать руки тете Тамаре и тете Соне.
– А что у Бори с носом? – спросила тетя Тамара у Алины, зыркнув на Наталку.
– Так он же, когда с плота упал, ударился о бревна. Там же такое течение! Он бы и не выплыл. А Наталка бросилась его спасать. И мальчики тоже помогли. Нам Боря все рассказал – как он едва не захлебнулся, как испугался и воды нахлебался. Наталка ему даже искусственное дыхание сделала. Вы мне сына вернули!
– Нос сломан? – не отставала тетя Тамара.
– Сломан, но это ничего – срастется, – ответила Алина. – Главное, что жив!
– Я ему мазь сделаю, кости быстрее сойдутся, – пообещала знахарка.
Алина опять кинулась целовать руки. Но самое удивительное случилось потом – во дворе появился Борис. Он подошел ко мне и торжественно, при всех, вручил букет роз – точно таких же, какие каждый день появлялись у нас в почтовом ящике.
Тетя Соня застонала, поперхнулась кофе и замахала руками. Лариса Арнольдова, которая налегала на домашнее вино, чтобы снять стресс, заплакала, будто розы преподнесли ей. Тетя Тамара, которая сразу определила происхождение перелома