Наследие греха стр. 31
– Я знаю, это больно – иначе и быть не может. Но, прошу вас, давайте поговорим о нем сейчас, и я обещаю, что никогда больше не подниму эту тему. – Генри понял, что говорит так, будто им предстоит часто встречаться, будто они уже связаны браком своих детей. И так, словно был уверен – она знает ответы на все его вопросы. – Я был сегодня в Кингзмаркхеме, и…
Ирен уцепилась за эти слова, как за соломинку.
– Там, наверное, все перестроили и все испортили, – предположила она.
– Не совсем, – сказал ее собеседник. Господи, ну зачем она отвлекается!
– Я родилась в тех местах, – продолжала женщина, и Генри попытался подавить вздох. – В крохотной сонной деревушке. И всегда считала, что проживу там всю жизнь и там же и умру. Но разве можно сказать заранее, как все будет?
– Расскажите мне об отце Тесс.
Ирен отпустила нитку жемчуга, которую вертела в пальцах, и ее беспокойные руки снова легли на респектабельные лиловые колени. Когда она подняла голову и посмотрела на священника, ее лицо, как дверь, закрывало выражение достоинства, граничащего с почти комической чопорностью. Так могла бы выглядеть жена мэра, председательствуя на собрании приходского совета и готовясь обратиться к гильдии женщин города. «Мадам председатель, дамы…» – так ей следовало бы начать.
Вместо этого она сказала:
– Прошлое прошло, мистер Арчери. – И он сразу понял, что надежды услышать хоть что-то важное нет. – Я понимаю ваши затруднения, но я решительно не могу говорить о нем сейчас. Он никого не убивал, поверьте. Он был хорошим, добрым человеком, который и мухи за свою жизнь не обидел.
«Забавно, – подумал пастор, – как простонародные словечки мешаются у нее с официозным жаргоном». Подождав немного, он выпалил:
– Но откуда вы знаете? Почему вы так уверены? Миссис Кершо, вы что-то слышали или видели…
Жемчуг оказался у Ирен во рту, и ее зубы сомкнулись на нитке. Та лопнула, и бусины брызнули во все стороны, посыпались ей на колени, на ковер, запрыгали по столику между чайными чашками… Она негромко засмеялась, с облегчением, но и раздраженно.
– Только посмотрите, что я наделала! – В следующую секунду женщина уже стояла на коленях, собирая беглянок с ковра и складывая их в блюдце. – Мне бы очень хотелось белую свадьбу. – Ее лицо показалось из-за края столика.
Вежливость требовала, чтобы ее гость тоже опустился на колени и присоединился к охоте.
– Хорошо бы ваша жена меня поддержала, – продолжала миссис Кершо. – О, большое спасибо! Смотрите, вон еще одна, как раз у вашей левой ноги. – Священник пополз за жемчужиной на четвереньках, и их с Ирен взгляды встретились под
краем свисающей со столика скатерти. – А то Тесс может и в джинсах замуж пойти, с нее станется. И еще, вы не будете возражать, если прием мы устроим здесь? Прямо в этой комнате, она такая большая и светлая…
Арчери встал и передал собеседнице еще три жемчужины. И подпрыгнул, когда в стекло ударился теннисный мячик. Звук был похож на выстрел.
– Все, Джилл, с меня хватит, – сказала миссис Кершо строго. Не выпуская из рук блюдца с жемчужинами, она открыла окно. – Сколько раз я тебе говорила, я не потерплю больше разбитых стекол!
Генри наблюдал за ней. Этой женщиной явно владели раздражение, возмущение и даже